Наверху я искала аспирин для моей больной головы и вытряхнула на постель содержимое сумочки. Из нее выпал мой новый мобильный телефон, и я включила его. На экране вспыхнуло текстовое сообщение: "Я люблю маму. Хлоя".
Я села и навзрыд заплакала о моем умершем отце и далекой дочери. Слезы утраты и сожаления.
На следующее утро я оставила спящую Мэг в Casa Rosa.
В Фиертино был базарный день, и площадь была запружена фургонами и киосками, продающими по сниженным ценам посуду, корзины из рафии и груды овощей. Я купила пластиковое ведро, резиновые перчатки, щетку, дезинфицирующие и моющие средства и раствор для удаление ржавчины.
-Синьора, - черноглазая женщина заметила у меня на руках красные шишки и протянула мне тюбик крема. - От москитов, - с улыбкой сказала она. - Бальзам.
Я поблагодарила и под палящим солнцем поплелась обратно к дому. Повязав шарф вокруг головы и вскипятив воду, я приступила к уборке.
Я вымыла стол. Пол на кухне и в ванной комнате. Я вымела мертвых насекомых из всех закоулков и выкинула их за порог. Я протерла стекла и подоконники, очистила краны от налета и ржавчины, промыла стены, словно стирая мочалкой и химическими средствами все свои сомнения.
Возможно, больше всего в жизни мы сожалеем о вещах, которые не сделали, чем о сделанных ошибках.
Что бы на это сказал мой отец? Допустимо ли преуменьшать важность страсти в жизни человека? Решимость никогда не жить с пустым сердцем?
Пальцы под воздействием воды и химикатов сморщились и стали похожи на розовый чернослив. Моя спина гудела от бесконечных наклонов, и я промокла от пота с головы до ног. Генеральная уборка Casa Rosa была практически безнадежной затеей, но я была полна решимости довести дело до конца.
- Выглядит как попытка отмыть нечистую совесть, - прокомментировала наконец появившаяся Мэг. - Отскабливаешь грехи? Не предлагай мне присоединиться. - Щека, которой она прижималась к подушке была розовой и помятой, светлые волосы спутались. - Есть горячая вода?
-Я ее всю использовала.
Мэг задумалась.
- Это почти невозможно, - сказала она, - но, если надо, Фанни, я готова мыться в холодной воде из чувства солидарности с тобой.
Из угла, где я стояла на коленях над лужицей воды, я ответила:
-Позвони в аэропорт и забронируй рейс домой.
-Пожалуйста, Фанни, позволь мне остаться. Пожалуйста.
*
-Почему она здесь? - Шепнула мне Бенедетта, когда немного позже мы вместе с Мэг приехали повидаться с ней. - У нее опять проблемы?
-Надеюсь, что нет.
Бенедетта широко открыла темные глаза, и я увидела, как красивы они еще были, и вспомнила, как они нравились моему отцу.
-От нее одни неприятности, Фанни.
Мэг вела себя наилучшим образом, но ей не был предложен свежий помидор с грядки Бенедетты, и я поняла намек.
Как ни странно, но и на следующее утро Мэг все еще была в Casa Rosa. Мы позавтракали у Анджело.
-Amore! - Позвала с кухни занятая у кофеварки Мария.
-Вот так матери обращаются к своим сыновьям в Италии, - сообщила я Мэг.
-Маменькин сынок? - Мэг обаятельно улыбнулась покрасневшему Анджело, который поспешил на зов матери.
-Не больше, чем Саша.
Мэг попыталась нахмуриться, но не смогла.
-Саша не всегда слушается мамочку.
Булочка Мэг была крошечной, но она почти не прикоснулась к ней.
-Ты должна поесть, - сказала я. - Завтракать надо по-королевски.
-Забавно, как мы повторяем одни и те же слова. Я говорила это Уиллу. В школе над ним издевались, и из-за этого он потерял аппетит.
-Над Уиллом? Издевались?
Мэги казалась удивленной.
-Разве он тебе не рассказывал? Нет, думаю, он бы не стал. Он скорее бы умер, чем признался, что был напуган. Но он действительно боялся.
-Продолжай.
Мэг лизнула кончик пальца, коснулась крошки и положила ее в рот.
-Я боялась бабушки и дедушки. Не то, чтобы они были злыми, просто старыми и скучными, и все время проповедовали. Я всегда боялась, что однажды вернусь домой и обнаружу пару трупов. Вот почему Уилл всегда ждал меня после школы. Это была одна из причин, почему над ним издевались. Держится за юбку сестры.
-А остальные причины.
В голосе Мэг прозвучало нетерпение.
-Их было много.
Прогудел рожок. Это был Рауль, он припарковался под деревом и подошел к нам.
-Я заехал попрощаться. Как оказалось, я не могу остаться.
Мэг порылась в сумке и достала губную помаду, которой пользовалась даже в жару. Темно-розовый блеск сиял на ее губах.
Отъезд Рауля меня не удивил. В его пребывании здесь не оставалось никакого смысла. Мы оба должны были вежливо и корректно сгладить неловкость и не преступать границы впредь. С внезапной вспышкой горечи и сожаления я подумала о том, как буду скучать по нашим разговорам.