Выздоравливающий Саша тихо сидел на лоджии в Casa Rosa.
-Мне нужно все обдумать, - сказал он, и было ясно, что он предпочитает собственное общество.
В отличие от него, Уилл был беспокоен, плохо ел и мало спал. Наконец, я сказала ему:
-Я хочу кое-что показать тебе, если сможешь поехать.
Он продемонстрировал вежливый интерес:
-Хорошо, давай поедем.
Мы снабдили Сашу ледяными напитками, салатом из холодных макарон и оставили одного. Вооружившись картами и путеводителями, я повезла Уилла в Тарквинию. Автомобиль немного занесло, когда мы переваливали через гребень холма, чтобы спуститься в долину между маковыми полями, кустами дикой лаванды и оливковыми деревьями, основательно припорошенными летней пылью.
Уилл откинулся на пассажирском сиденье и протер очки.
-В Италии слишком жарко.
-Ты привыкнешь, - сказала я.
-Ради Бога... - ответил он и замолчал.
Музей в Тарквинии был прохладен и почти пуст. Мы не стали задерживаться у экспонатов, я подозревала, что сейчас Уиллу сложно сконцентрироваться. Я сразу подвела его к погребальной плите.
-Смотри. Узнаешь их?
Он смотрел пустым взглядом. Потом сказал:
-Они стояли на столе у твоего отца. Он очень их любил.
-В действительности они лучше.
-Она не красавица.
Я нежно подтолкнула его.
-Он тоже, между прочим. - Я отошла посмотреть на изысканные бронзовые подсвечники с виноградными гроздьями и листьями. - Уилл... посмотри на это.
Но он словно окаменел перед погребальной плитой, его глаза сузились, лицо превратилось в болезненную маску.
Мы вернулись к машине и сверились с картами, потому что я очень хотела посетить этрусские гробницы. Мы с Хлоей всегда поддразнивали Уилла, серьезно изучающего карты, но надо признать, именно его дотошность позволяла нам вовремя добраться до места. Теперь я ожидала, что он напомнит о том, что у женщин не развито пространственное воображение, и собиралась ответить: "зато женщины лучше играют в команде". Но он промолчал и я ничего не сказала.
Следуя его указаниям, я ехала по каменистой дороге среди качающихся на ветру маков. Земля здесь была сухой и горькой. Тем не менее, путеводитель сообщал, что столетия назад этруски сделали ее плодородной и щедрой, покрытой пастбищами, полями и плодовыми деревьями. Их прекрасный рай, их Элизиум.
Мы въехали на поляну и припарковались рядом с останками этрусского города, от которого почти ничего не осталось - намек на мозаичные полы, фрагменты каменной стены под срезанным холмом. Под зонтиками продавались напитки и мусорный бак стоял рядом с древней каменной аркой. Без них пейзаж казался бы совсем заброшенным и пустынным.
Мы последовали вверх по холму в соответствие с указателями. Стало жарко и очень душно. Ноги в сандалиях были мокрыми от пота, Уилл задыхался. Стрелка указывала поворот на крутом склоне, вторая предлагала следовать дальше. Солнце опалило наши спины.
-Туда. - Я указала на темный провал среди выжженной зелени.
Уилл мрачно улыбнулся.
-Надеюсь, это того стоило.
Он отодвинул ветки кустарника, чтобы пропустить меня, и мы оказались в большой пещере с каменными полками, на которые этруски укладывали своих покойников.
Невозможно было ошибиться: эта стоячая вода и сырые камни никогда не видели солнца. Это был запах смерти. Я положила руку на холодный камень. Призраки этрусских мертвецов были заперты в этом месте, далеко от праздников и созревшего урожая, вина, любви и счастья, изображенных на их картинах и в скульптурах.
-Не понимаю, почему мы поднимаем такой шум из-за загробной жизни, - сказал Уилл. - Мы просто уходим, вот и все. Как ушла Мэг, как твой отец. Что от нас остается? - Он потянулся к моей руке.
Я повернулась и выбежала из пещеры. Я слышала, как Уилл пошел за мной, и, к тому времени, когда он меня догнал, у меня перехватило дыхание. Я задыхалась, горячий воздух обжигал мои легкие, но я была рада ему. Гораздо лучше было стоять на солнцепеке, дышать открытым ртом и чувствовать себя живой.
Я подняла лицо к солнцу. Мне надо было выйти из темной пещеры на свет, чтобы знать, что я свободна.
На обратном пути Уилл спросил:
-Пепел Альфредо... ты решила?
-Еще нет. Глупо, не правда ли?
-Ты не можешь оставить его у себя навсегда.
-Знаю.
*
За ужином из телятины на гриле с жареными перцами Саша сказал нам, что собирается уехать.
-Сначала в Манчестер, - сказал он. - У меня там намечается пара концертов. А потом... ну, я поеду навестить Хлою. Ненадолго. Что вы думаете?
-Это было бы хорошо, - я старалась, чтобы мой голос звучал нейтрально.
-Я скучаю по ней, - сказал он просто.