Беременность – странная штука, но у моего положения оказалось несколько преимуществ. Если раньше люди… ой, ладно, мужчины смотрели на меня равнодушно или презрительно, потому что я была ПЫШНОЙ ДАМОЙ, то теперь на меня, очевидно беременную, смотрели с добротой. Приятная перемена. Я даже стала спокойнее относиться к своей внешности, по крайней мере иногда и на несколько минут.
– На самом деле мне уже лучше, – произнесла я. – Пытаюсь действовать на опережение. Всякий раз, когда меня одолевают мысли о Брюсе, я заставляю себя переключаться на ребенка. Что я должна сделать, купить или куда записаться.
– Звучит неплохо. Как на работе?
– Нормально, – ответила я.
Честно говоря, на работе происходило что-то непонятное. Так непривычно: то, что всего лишь год назад взволновало бы меня… или заставило понервничать… или обрадовало, сейчас казалось настолько малозначимым. Личная встреча с Крейгом Килборном за обедом в Нью-Йорке, обсудить направление, в котором развивается его шоу? Ну ладно. Неприятная перепалка с Габби на тему, кто будет писать прощание с сериалом «Няня»? Да пофиг. Меня не трогали даже удивленные и не такие уж тайные взгляды коллег, снующие с моего живота (растущего) на безымянный палец левой руки (без кольца). Они никак не решались спросить напрямую, но даже если бы кто-то таки набрался храбрости, я была готова к вопросам.
Да, я сказала бы, я беременна. Нет, заявила бы, с отцом ребенка мы расстались. И перевела бы тему на их собственные истории о беременности, рождении и воспитании детей.
– Итак, что у нас сегодня на повестке? – поинтересовалась Саманта.
– Очередные покупки.
Саманта застонала.
– Прости, но мне правда нужна еще пара вещей из отдела для будущих матерей…
Я знала, что во время шопинга Сэм старается держаться бодрячком, но видела, что ей нелегко. Во-первых, в отличие от любой другой женщины, которую я когда-либо знала, она ненавидела ходить по магазинам. Во-вторых, я была почти уверена, что ее тошнило от того, что все считали нас парочкой лесбиянок.
Пока Саманта нахваливала достоинства каталогов для заказа товаров по почте и покупок в Интернете, мимо нас пробежал мужчина.
Высокий, худощавый, в шортах и потрепанной толстовке с логотипом какого-то колледжа. Типичный любитель бега трусцой, каких на Келли-драйв полным-полно. Этот, правда, почему-то остановился.
– Привет, Кэнни!
Я застыла, сощурилась, машинально прикрывая живот. Саманта, тоже замерев, разинула рот. Таинственный незнакомец снял бейсболку.
Это был доктор Кей.
– Привет! – заулыбалась я.
Ого! Без белого халата и очков он оказался симпатичным… для мужчины постарше.
– Представь меня своему другу, – практически промурлыкала Саманта.
– Доктор Кушелевански, – медленно выговорила я, и тот улыбнулся. – Он из программы Филадельфийского университета, в которой я участвовала.
– Прошу вас, зовите меня Питер.
Во время рукопожатия нас едва не сшибли двое роллеров.
– Нам лучше не стоять, – заметила я.
– Я пройдусь с вами, если вы не против, – ответил доктор. – Мне нужно остыть…
– О, конечно! Разумеется! – горячо заверила Саманта.
Она бросила на меня короткий многозначительный взгляд, буквально кричащий: «Если он холост и если он еврей, то какое у тебя есть оправдание тому, что ты о нем ни разу не упоминала?!»
Я пожала плечами и приподняла брови, что Сэм наверняка поняла как: «Я понятия не имею, холост он или нет, и разве ты не занята?» Саманта, судя по всему, преодолев свою черную полосу третьих свиданий, все еще встречалась с инструктором по йоге. Многие наши беседы, не касающиеся Брюса, были посвящены вопросу, не слишком ли он увлечен дзеном для потенциального супруга?
Тем временем, совершенно не замечая наш обмен движениям бровей, доктор Кей знакомился с Нифкином, которого я несколько раз упоминала на занятиях.
– Так вот ты какой, знаменитый малыш!
Нифкин демонстрировал зачет по прыжкам в высоту, с каждым разом взлетая все выше и выше.
– Ему надо выступать в цирке, – восхитился доктор Кей, энергично поглаживая Нифкина за ушами. Ниф аж надулся от гордости.
– Да. Еще несколько килограммов, и я тоже смогу выступать. Интересно, туда еще нанимают толстых женщин?
Саманта впилась в меня мрачным взглядом.
– У тебя очень цветущий вид, – проговорил доктор. – Как работа?
– В целом хорошо.
– Я читал твою статью о «Точке зрения». И полностью согласен… очень напоминает «Тандердоум».
– Пять войдут, одна уйдет, – пропела я.
Доктор рассмеялся.
Саманта посмотрела на него, на меня, произвела в уме пару-тройку быстрых расчетов и ухватила Нифкина за поводок.