Я откинулась на спинку пахнущего новой кожей сиденья, чувствуя, как послеполуденное солнце струится сквозь люк в крыше и греет мне макушку.
– Устала? – с улыбкой спросил доктор.
– Немного, – признала я и зевнула. – Посплю, когда вернусь домой.
Я объяснила, как проехать на мою улицу, и он кивнул, сворачивая на нее.
– Симпатично.
Я осмотрелась, пытаясь увидеть все его глазами: деревья в только что распустившихся листочках, выгибающиеся арками над тротуарами, горшки с цветами перед кирпичными домиками.
– Да, – согласилась я. – Мне повезло найти такое место.
Доктор вызвался помочь мне отнести вещи наверх, а я не стала отказываться. Хотя и задумалась, поднимаясь по лестнице с пачками подгузников в руках: каким покажется ему мое жилище?
Он, вероятно, жил в пригороде, в каком-нибудь величественном старом доме на первой линии, где-то с шестнадцатью спальнями и ручьем, протекающим через передний двор, не говоря уже о кухнях, не оскверненных дешевой бытовой техникой семьдесят восьмого года издания. По крайней мере, убеждала я себя, у меня дома опрятно.
Я открыла дверь, и Нифкин по воздуху катапультировался в коридор. Доктор Кей рассмеялся.
– Привет, Ниф, – поздоровался он, когда Нифкин учуял сыромятную кость через три пакета и его обуял припадок радости.
Бросив сумки на диван, я поспешила в ванную, пока Нифкин пытался зарыться в сумку.
– Располагайся! – крикнула я.
Когда я вышла, доктор стоял во второй спальне, где я мучила кроватку, которую пожертвовал кто-то из подруг моей матери. Кроватка попала ко мне в разобранном виде, без инструкции и, возможно, без важных деталей.
– С ней что-то не так, – пробормотал он. – Не возражаешь, я попробую?
– Нет, конечно! – пораженно и довольно воскликнула я. – На самом деле, если тебе удастся ее собрать, я буду тебе очень обязана.
– Ты ничем мне не обязана, – улыбнулся он. – Я чудесно провел время.
Прежде чем я успела сообразить, что это все значит, зазвонил телефон. Я извинилась, схватила трубку и неуклюже плюхнулась на кровать.
– Кэнни! – ворвался в трубку знакомый британский акцент. – Где тебя носило?!
– По магазинам, – ответила я.
Вот и еще один сюрприз. Мы с Макси переписывались по почте и время от времени созванивались по рабочим телефонам. Она рассказывала о своих мучениях на съемках «ПлагИна», футуристического научно-фантастического триллера, в котором она снималась с горячим молодым актером. А тому требовался не один, не два, а сразу три штатных «менеджера трезвости», чтобы держать его в узде. Макси направляла мне по почте советы по инвестированию и статьи, как создать фонд для ребенка.
В ответ я рассказывала ей о работе, друзьях… о планах, какими бы они ни были. Макси не задавала много вопросов о предстоящем главном событии. Наверное, просто была хорошо воспитана.
– У меня новость, – проговорила Макси. – Большая, огромная. Гигантская. Твой сценарий, – задыхаясь от эмоций, начала она.
Я с трудом сглотнула. О чем мы только ни говорили после встречи в Нью-Йорке, но тема сценария не всплывала ни разу. Я полагала, что Макси просто забыла про него, не читала или, наоборот, прочитала и решила, что он ужасен настолько, что ради нашей дружбы лучше просто про него забыть.
– Мне так понравилось! – выпалила Макси. – Твоя героиня Джози – идеальна! Она умная, и упрямая, и забавная, и грустная, и для меня было бы честью ее сыграть.
– Конечно, – пробормотала я. – Угощайся на здоровье.
– Я влюбилась в эту роль, – продолжила Макси, не слушая, перескакивая с одного слова на другое, все быстрее и быстрее. – И знаешь, у меня договор с этой студией, «Интермишн»… я показала сценарий своему агенту. Она показала его студии. И им понравилось! Особенно представление меня в роли Джози. И поэтому, с твоего разрешения, конечно… «Интермишн» хочет купить твой сценарий, чтобы я сыграла главную роль. Разумеется, ты будешь участвовать на протяжении всего производства… думаю, мы обе должны будем иметь возможность подписывать изменения в сценарии и, конечно, принимать основные решения насчет кастинга, не говоря уже о выборе режиссера…
Я уже не слушала. Я откинулась на спину на кровати, мое сердце внезапно яростно застучало, странно, невероятно возбуждающе. Я буду снимать свой фильм. От этой мысли на лице сама собой расползалась широкая улыбка… Боже мой! Свершилось! На самом деле – кто-то снимет мой фильм! Теперь я писатель, я добилась успеха. И, может, я даже стану богатой!
И тут я почувствовала, как внутри меня будто поднимается волна. Словно я в океане, а прибой мягко накатывает и омывает меня снова и снова. Я уронила телефонную трубку, приложила обе руки к животу. В ладони отдалось едва ощутимое, почти вопросительное тык-тык. Шевельнулся.