– И как ты позволяешь случившемуся влиять на тебя?
Я искоса глянула на Питера и фыркнула:
– Ты очень настойчив.
– У меня скрытые мотивы. – Он внезапно стал серьезным.
– О?
Питер кашлянул:
– Как ты посмотришь на то, если я предложу свою кандидатуру на роль твоего личного консультанта-диетолога?
Я озадаченно наклонила голову:
– Консультанта-диетолога?
– Очень личного, – пробормотал он.
– Кстати, сколько тебе лет? – поддразнила я.
Это была единственная тема, до которой мы так и не дошли во время поездок в книжные магазины, на пляж и в парк с Джой.
– Как ты думаешь, сколько?
Я честно подумала, потом уменьшила результат на пять лет.
– Сорок?
Он вздохнул.
– Мне тридцать семь.
– Тридцать семь? – Я была так поражена, что даже глупо было пытаться скрыть это. – Серьезно?
Его голос, обычно глубокий и уверенный, звучал сейчас выше и нерешительно.
– Просто я высокий… а волосы у меня начали седеть в восемнадцать. И, думаю, все просто делают похожие предположения исходя из того, что я профессор.
– Тебе тридцать семь?
– Показать водительские права?
– Нет-нет, – я замахала руками. – Я верю.
– Я знаю, – он уставился вниз, – понимаю, что все еще слишком стар для тебя, и ты вовсе не о таком человеке мечтала…
– Не глупи!
– Я не модный, медленно думаю. В некотором роде я старатель.
– Как в сериале «Она написала убийство»?
Слабая улыбка тронула его губы.
– Нет, как зануда. По шажочку к цели.
– Особенно когда мышцы на ногах накачаны, – пробормотала я.
– И я… то есть я на самом деле…
– Мы подошли к эмоциональной части презентации? – продолжала я его поддразнивать. – Ты не против, что я крупная женщина?
Питер обхватил своими длинными пальцами мое запястье.
– Я думаю, ты выглядишь как королева, – сказал он с такой силой, что я была поражена… и чрезвычайно довольна. – По-моему, ты самая удивительная, волнующая женщина, которую я когда-либо встречал. Я думаю, что ты умная и забавная, и у тебя самое замечательное сердце… – Он сделал паузу, с трудом сглотнув. – Кэнни.
А потом Питер остановился.
Я улыбнулась – тайной, довольной улыбкой, – пока он сидел там, держа меня за запястье, ожидая моего ответа. Я знала, в чем суть, поглядывая, как он пожирает меня глазами. Ответ в том, что я любила его… он был тем добрым, внимательным и любящим мужчиной, какого я только могла надеяться встретить. Он был добросердечным, порядочным и милым. Мы могли бы вместе переживать приключения… я, Питер и Джой.
– Ты не хотел бы стать первым мужчиной, которого я поцелую в новом тысячелетии? – с улыбкой поинтересовалась я.
Питер наклонился ближе. Я чувствовала его теплое дыхание на своей щеке.
– Я хотел бы стать единственным мужчиной, которого ты в этом тысячелетии будешь целовать, – решительно сказал он.
И коснулся губами моей шеи… Потом уха… потом щеки. Я хихикала, пока он не поцеловал меня в губы, чтобы успокоить.
Зажатая между нами, Джой негромко вскрикнула и взмахнула кулаком в воздухе.
– Кэнни? – прошептал Питер, его голос был низким, только для моих ушей, он держал одну руку в кармане куртки. – Я хочу тебя кое о чем спросить.
– Тсс, – сказала я, в глубине души зная, каким был его вопрос и каким будет мой ответ: «Да, я согласна». – Тихо. Начинается.
Фейерверки вспыхнули над нашими головами. В черноте неба распустились огромные светящиеся цветы. Серебряные искры посыпались вниз, устремляясь к реке, и ночь была полна взрывов и свистящих воплей, когда пустые петарды проносились сквозь темноту и падали в воду. Я посмотрела вниз.
На лице у Джой было восхищение, глаза широко раскрыты, обе руки вытянуты, как будто она хотела обнять то, что видела. Я улыбнулась Питеру, подняв палец, взглядом прося его подождать. Игнорируя добродушные крики «Вперед!» и «Эй, леди, будьте осторожны!», я стояла на выступе, позволяя холоду и свету струиться по моим волосам, моему лицу и моей дочери.
Я вытянула руки и подняла Джой к свету.
Благодарности
«Хороши в постели» была бы невозможна без моего блестящего, терпеливого и преданного агента Джоанны Пульчини, которая вытащила Кэнни из безвестности, привела ее в порядок и нашла ей дом. Я благодарна Лайзе Неллиган за внимательное чтение и хорошие советы. Я также благодарю моего редактора Грира Кессела Хендрикса, чей острый взгляд и бесценные предложения сделали эту книгу намного лучше.