И я послушно иду обратно, твёрдо решив про себя, что это моё последнее платье на сегодня.
Когда я выхожу к моему другу в новом платье, я не сразу понимаю, что в комнате воцарилась полная тишина. Все мужчины, которые пришли сюда с жёнами и девушками, молча уставились на меня, и я начинаю нервно огладывать себя: вдруг где-то дыра? Или я его неправильно надела?
Но мой верный друг отвечает:
— Берём. И точка.
— Руслан, но оно столько стоит, — рассматриваю я ценник. Как две мои зарплаты.
— Я плачу, — говорит, как отрезает, Рус. И я с удивлением смотрю на него. — Могу же я хоть раз сделать своей лучшей подруге подарок, — просто пожимает он плечами.
10
— Да откуда у тебя такие деньги? Ты же простой анестезиолог! Ты ведь не наркодилер! — смеюсь я. — В конце концов, я врач высшего разряда, могу и сама себе позволить такую покупку, — воинственно выпячиваю я вперёд грудь, и вижу, как все мужские головы в примерочной поворачиваются в мою сторону.
Точнее, в сторону моей груди.
А я ведь даже и думать забыла, что я, прежде всего, женщина!
Не медик, не акушер-гинеколог. А простая женщина.
Со своими страстями и слабостями.
И да, с грудью, в том числе.
Поэтому я ещё больше выпячиваю свою восхитительную упругую и немаленькую грудь третьего размера, которая у меня отчего то вечно прячется под белыми безликими халатами.
И которую, к слову сказать, на днях успел рассмотреть и оценить по достоинству сам Архип Бырбыров…
И даже поиграться с ней…
При одном только воспоминании о нежных и умелых руках поп-звезды яркий румянец заливает мои щёки, а внизу живота разгорается бешеное пламя.
Так, надо себя контролировать, Адочка.
Я здесь не для этого. А для того, чтобы выбрать себе самое сногсшибательное платье для дня медика, чтобы не оставить ни малейшего шанса ни для кого, и уж тем более для надутой безвкусной дуры-Плошкиной.
Поэтому я гордо выхожу на середину примерочной и придирчиво разглядываю себя в огромном зеркале.
Алое, как кровь, как пламя страсти, платье, обтягивает мою фигуру ровно там, где это надо, подчёркивая мою соблазнительную полную грудь с резко обрисовавшимися сосками, и скрывает то, что не нужно, хотя, стоит признаться, что в этом дорогущем платье любая фигура выглядела бы сногсшибательно.
Умеют же шить французы, — ещё раз вздыхаю я про себе, посмотрев на шестизначную цифру на ценнике.
А с другой стороны, куда мне тратить деньги? Материнство и детки мне явно не светят… Так что только на себя-любимую!
И тут я бормочу про себя, ещё раз задумчиво осматривая себя со всех сторон:
— Под это платье точно нужно новое бельё, — и по сдавленному кашлю какого-то мужчины понимаю, что я произнесла это вслух!
Ну что же, если считать всех присутствующих подопытными кроликами, то мой наряд точно прошёл все испытания и тесты!
Надо брать!
И я прошу девушку-консультанта:
— А будьте добры, подберите, пожалуйста, мне трусики с бюстгалтером под это платье, чашечка третьего размера, — и краем глаза замечаю, как один мужчина средних лет нервно прикрывает свою ширинку с эрекцией лежащим тут же на столике женским журналом.
В яблочко!
Интересно, стоит мне ещё над ними поиздеваться и выйти в общий зал в новых трусиках и прозрачном бюстье? Я же решила быть плохой девочкой.
Очень, очень плохой…
И я чувствую, как мне это начинает нравится.
Словно не кровь, а сладкое терпкое вино наконец-о потекло у меня по венам…
Но ладно. Не буду. А то придётся ещё отбиваться от их разъярённых жён и подруг.
Но мне кажется, что это платье определённо заколдовано: стоило мне его только надеть, и из зажатого строгого медика я превращаюсь в раскрепощённую и лёгкую женщину-вамп.
Роковую красотку.
Которая не жалеет никого и идёт по головам.
Так, надо скорее его снимать. Оставим эту роль на субботу!
— Ты точно отказываешься от моего скромного подарка? — ещё раз интересуется мой друг, и я уже начинаю опасаться, не влюбился ли он в меня!
Мы с Русланом дружим уже столько лет, что за это время люди бы уже успели сойтись и развестись, но наши отношения не способные испортить все эти дурацкие любовные разборки.
Мы выше этого всего.
— До дня рождения, вроде бы, ещё далеко, — рассуждаю я. — И новый год тоже нескоро… Так что не вижу поводов для такого аттракциона невиданной щедрости, — отвечаю я ему. — А если честно, я очень ценю твою поддержку! Но я прекрасно знаю, какая у тебя зарплата, не забывай, — подтруниваю я над Русом. — Вот когда наконец-то станешь зарабатывать больше, тогда я и отведу тебя в самый дорогой бутик, даже не сомневайся, — прижимаюсь я щекой к его руке.