– Тот самый полет, когда Даша прилетела с нами в Израиль, стал поворотным моментом в нашей семье. Папа буквально влюбился в Землю обетованную. Его повсюду очень тепло принимали, он прочитал ряд лекций, провел семинары, получил приглашения приехать еще раз. Когда мы вернулись домой, папа без конца вспоминал об этой поездке. Примерно через полгода он объявил маме о решении репатриироваться в Израиль. Мама была категорически против: ты прекрасно устроен, уважаемый человек, у нас шикарная квартира, каждый год ездим на курорт. Доводы не помогали. Тогда мама вытащила козырную карту – меня. Во-первых, я должен окончить школу, во-вторых, там меня возьмут в армию, на фронт, могут убить. Нашего единственного сына. Угрожала ему разводом, ничего не помогло. Вот так мы приземлились в Израиле два года спустя.
– А кем вы работаете?
У Аси нет окружных путей. Она всегда так. Прямо в лоб.
– Меня почти сразу мобилизовали, отслужил в секретном подразделении. Благодаря знаниям иностранных языков часто работал за границей.
Миша показал снимок на мобильнике. Рядом с ним Сергей Брин, один из основателей «Гугла».
На фоне такой информации я почувствовала себя никем. Ноль. Мне нечем похвастаться. Столько лет в стране, а ничего не достигла, без собственной квартиры, практически безработная, спасибо за бесплатный обед.
Мы с Аськой молча пережевывали особенные блюда в тарелках с фирменным вензелем ресторана. Уверена, подруга думала о том же, что и я. Время от времени наши взгляды пересекались. Ася постоянно подливала себе вина, на вопросительные взгляды я отрицательно кивала головой. Мне хотелось узнать, как Миша меня нашел, почему разыскивал, что делают его родители. Все-таки он часть моего детства, того самого, которое уже никогда не повторится.
Увы, Мишин телефон звонил почти постоянно. Разговоры длились не более минуты, он бросал отрывистые фразы в микрофон на иностранных языках. На английском перевел деньги неизвестному адресату, на французском потребовал проверить контракт, на немецком передал привет какому-то бизнесмену. Аська пьянела, а я трезвела.
– К сожалению, мы не успели поговорить как следует. – Миша опять смотрел на часы. – Даша, предлагаю тебе полететь со мной в Хайфу. Ася, надеюсь, не обидится.
– Конечно, не обижусь. – Когда у подруги такие глаза, она говорит все, что взбредет на ум. – Даша, посмотри на Михаила, он наверняка втрескался в тебя еще в школе, когда ты портфель тянула по лестнице. Высматривал через окно гостиной, «случайно» сталкивался с тобой в подъезде, предлагал помочь с уроками. В пику ему ты уговорила маму нанять тебе частных учителей, переплюнуть маминого сыночка в знании иностранных языков. Не будь дурой, посмотри на себя со стороны, это шанс изменить твою жизнь. Хватит махать руками перед хором за жалкие гроши. Миша, если она откажется, я готова лететь с тобой хоть на край света.
– Махать руками, как ты говоришь, совсем не стыдно.
Мой мобильник застрял в «диоре», кто-то звонил уже в десятый раз. Я раздраженно выдернула телефон, вслед за ним на колени вывалился брелок Hello Kitty.
Миша
Трудно расти, когда ты единственный ребенок и к тому же вундеркинд. Так считает моя мама. Вообще-то, нас было двое: я один из близнецов, второй младенец умер спустя несколько часов после родов. Иногда мне кажется, что часть его серого вещества перешла ко мне.
Мама после родов оставила работу экономиста в торговой организации и решила посвятить остаток жизни мне. Больше рожать она не решалась, напуганная смертью младенца. Учился я блестяще, с легкостью кузнечика перепрыгивал через классы, что доставляло мне немало неприятностей. За короткий срок пребывания в определенном окружении я не успевал приобрести друзей. На меня смотрели двояко – некая смесь Ивана-дурачка, поскольку я не успевал акклиматизироваться в новом классе, и безотказного слабака, который даст списать домашнее задание и поможет справиться с контрольной.
В определенный момент я заупрямился и сказал маме: «Хватит меня гонять по школе, словно лошадь в загоне. Я хочу иметь друзей, я не успеваю запомнить имена одноклассников, несколько раз садился за парту не в своем классе». Меня освободили от уроков физкультуры, не дай бог, перепрыгивая через козла, сломаю себе шею. Походы в горы, костры и ночевки в летних лагерях я видел только на иллюстрациях в журналах для юных туристов.
Бунт был подавлен в зародыше. Взамен сомнительных путешествий в места, кишащие москитами, гремучими змеями и прочими опасностями, мы поехали на неделю в Лондон. Повзрослев, я несколько раз возвращался в город на Темзе и каждый раз пытался отыскать что-нибудь новое. Но ничто не сравнится с первым впечатлением, последующие всегда менее яркие, как здание школы после первого дня учебы.