Она повернулась и снова начала подниматься по лестнице. С высоко поднятой головой, она уверенно направлялась на ринг. Она всегда хотела проявить себя. Вот её большой шанс. Ему тоже было любопытно насчёт этого.
— Она сумасшедшая, — пробормотал Даво. — Наверно, нас всех убьют.
К тому времени, как они достигли верхнего этажа, ботинки Диззи были единственным, что было видно на лестнице, ведущей в секретную комнату на крыше. Она безрассудно неслась вперёд, просто чтобы доказать свою правоту.
— Она могла хотя бы дать нам шанс как следует испугаться, — сказал Даво, следуя за ней.
Часть его хотела держаться позади, дать ей воспользоваться шансом. Кто знает, может быть, она всех их удивит. Часть его не хотела, чтобы она добилась успеха, ведь это лишь ещё быстрее отдалит её от него. Мысль была эгоистичной и смехотворно бессмысленной: то, чего он хотел, мало кого заботило, и меньше всего — её.
Когда он высунул голову в зеркальной комнате, всё, что он видел, было библиотекаршей, отражающейся от всех поверхностей. На ней была её обычная одежда и очки на длинном носу, и она наблюдала за ним со всех сторон.
— Добро пожаловать. — Она шагнула в сторону, и все изображения рухнули в одну твёрдое версию.
— Беги, — сказал Фанни, его голос, с силой вырывавшийся из горла, был напряжённым. — Это ловушка.
— Серьёзно? — сказал Даво. — Это я вернулся сюда с подкреплением, но предупреждаешь ты его?
Они втроём — мальчик, девочка, мальчик — стояли в линию, не в силах пошевелиться.
— Боюсь, бежать некуда, — сказала библиотекарша. — Никому из нас. Но я надеюсь, что у тебя есть вопросы.
— Вы ответите на них? — спросил Ник, опасаясь, что она аннулирует предложение, если он не получит подтверждение, желательно в письменной форме.
— Я думаю, ты заслужил это. Я никогда не думала, что ты сможешь так далеко дойти.
— Ему помогали, — сказала Диззи, стоявшая рядом с Даво и Фанни и не выглядевшая довольной тем, что её отодвинули на второй план.
— Да. Ты была очень…
— Не я, — сказала Диззи, в её голосе появился вызов. — Твой коллега. Он выбрал его как свою игрушку, так что очевидно, что он смог зайти так далеко. Чему ты так удивляешься? Талисманам не нужно ничего добиваться, чтобы появляться на матчах чемпионата.
На обоснованную и необоснованную грубость Диззи всегда можно было рассчитывать.
— Если бы моя коллега выполнила свою работу должным образом, нахождение кого-либо из вас в этом месте не понадобилось бы. Присвоение мистера Тутта было крайней мерой. И любой, кто готовится к худшему возможному результату, соблазняет судьбу.
— Вы думаете о нём как о ней? — спросил Ник; от его академического характера трудно было отделаться.
— Я думаю о себе как о женщине, поэтому, естественно, я думаю о ней тем же образом. Как о сестре. Такие классификации интересны изменениями, к которым они могут привести.
— Изменения? — сказал Ник. — Я думал, вы не можете меняться.
— Ты так думал? Ты слышал историю о «Зелёном Демоне»? — Она подняла книгу сказок Виннум Роке. — Здесь есть версия. Но не твоя.
Ник был немного озадачен. Как она узнала о его версии?
— Каждая из историй в этой книге, — продолжала она, — может изменить что-то маленькое в тебе, которое медленно выливается в более крупное преобразование. Ты не можешь прочесть эти слова и остаться неизменным. То, как ты изменишься, будет зависеть от того, во что ты на самом деле веришь. Ты, однако, остался самим собой и изменил слова.
Она была права: рассказ, который он придумал для демона, чтобы соблазнить его, был взят из книги в руках библиотекарши. Он не пересказал его, а создал свою собственную версию, специально предназначенную для того, чтобы не сложиться как паззл. Его жизнь — весьма короткая — чтения и учёбы одарила его способностью видеть, куда ведёт линия повествования. В книгах всех типов писатель выдавал место назначения до того, как оно появлялось в поле зрения.
Ник взял историю, которая имела традиционную структуру, и сломал её. Он рассказал демону историю без конца, — по крайней мере, без конца, о котором он сам бы знал, — поэтому демон не смог победить его. Было бы проблемой, если бы он сам не смог его достичь, прибыв на пустое место без каких-либо причин для посещения, но ему удалось найти удовлетворительное решение. Удовлетворительное в том смысле, что демон не вычислил, что он делал. А, может быть, он вычислил, но ему было всё равно.
Любопытно было то, как об этом узнала библиотекарша. Всё происходило в разуме Ника, когда он находился в ловушке под Пагодой. Ловушке, воспоминаний о побеге из которой у него не было, как не было и времени на попытку собрать воедино кусочки этой головоломки.
— Как вы узнали об этом?
Была ли она в контакте с демоном внутри него? И была ли до сих пор? Он подумал, что от простой просьбы объяснить вреда не будет.
— Работа библиотекаря требует, чтобы он был хорошим слушателем, — сказала она. — Особенно когда речь заходит о его собственной истории.
— Вы были Зелёным Демоном?
— Я много чем была, и всегда одним и тем же. Написание этой книги было для меня способом расти дальше. Это не сработало. Для меня. Для тебя, однако…
— Разве эту книгу написала не Виннум Роке? — сказал Фанни.
Библиотекарша поправила очки, хотя этого не требовалось.
— Это совместная работа.
— Вы слышали, как я рассказывал историю? — сказал Ник, больше обеспокоенный тем, каким образом его подслушали. — Вы можете читать мои мысли?
— Я могу прочитать её. Так же хорошо, как я слышу свои собственные. К сожалению, я пропустила финал. Не думаю, что ты захочешь поделиться развязкой?
— Вы связаны, — сказала Диззи. — Вы двое ведь связаны прямо сейчас?
Ник почувствовал лёгкое раздражение от того, что его прерывают, и в то же время рвался узнать, была ли Диззи права. Так рвался, что не смог дождаться ответа.
— Вы чувствуете, где она? Она внутри меня? Мы слились? Могу ли я потерять контроль над своим телом? — Он хотел быть спокойным и терпеливым, но не мог удержать себя. Это было странно для него, обычно такого сдержанного. Он взглянул на Диззи. Она заметила? Приготовилась ли она к выпаду?
— Благодаря твоей истории она слилась с тобой. Это был прекрасный рассказ, я, как и она, была очарована ей. — Библиотекарша тонко улыбнулась. Улыбка была больше благодарная, нежели довольная. — Твои изменения были очень проницательными. А, может, и нет. Знаешь ли ты, как мы жаждем перемен — единственного, что нам недоступно? Быть целым, быть совершенным с самого начала — это такая ошеломляющая скука.
— Тебе не нравится быть тобой? — спросила Диззи слегка насмешливым тоном. Она начинала исследовать слабости, но больше по привычке, чем для подготовки к нападению. Или, по крайней мере, Ник надеялся, что это было так.
— Испытывать любовь к чему-либо — это результат перемен, — сказала библиотекарша. — Одна вещь отличается от другой, ещё одна вещь лучше иной. Мы можем создавать вещи так, как нам будет угодно, придавать им ту форму, что необходима для служения цели. Все вещи одинаково любимы, когда все они одинаковы.
Она посмотрела на Ника.
— Демон способен превратиться в существо желаний… Ты знал? Догадался? Или это слепая удача? Нет, я так не думаю. У тебя есть дар для получения известной информации и высматривания в ней чего-то нового. Ты склонил её на свою сторону.
— Что это значит? — спросил Ник. — Я не чувствую себя иначе.
— Почему ты должен? Ты завоевал её доверие. Она думает, что ты изменишь её, и теперь она ждёт, когда ты выполнишь обещание, которое дал.
— Я не… я не помню, чтобы обещал.
Библиотекарша кивнула.
— Нет, не давал. Это была чудесная ложь. — Она выдохнула с ноткой восхищения.
Ник не понимал, что она имела в виду. Если он солгал, он сделал это не специально.
— Но что мне теперь делать? Должен ли я иметь какой-то… доступ.
— К великой магии? Безусловно. Если бы я сказала тебе, что твоё тело — живое пламя, что бы ты сделал? Поджёг библиотеку? Сила без цели мало на что пригодна. Что бы ты хотел сделать? Первые маги хотели стереть звёзды. Смешное тщеславие, подумала я в то время. — Она махнула рукой над головой, и зеркальные стены очистились, демонстрируя пустое ночное небо. — Теперь, я вижу, как я была близорука.