— Симоль? — спросил Архимаг.
Симоль ответила низким рычанием. Он повернулся и дал знак магам. Мужчина, чей розовый скальп сиял сквозь тонкие белые волосы, подтолкнул молодого человека рядом с ним, и тот покинул группу и поспешил в здание позади них.
Все глаза вернулись к Все-Отцу. Он поднял огромный коготь к голове демона-дракона. Демон отстранился, уклонившись от вытянутого когтя.
Из горла Все-Отца вырвался глубокий гул.
— Что ты делаешь? — спросила библиотекарша. — Ты вернулась ради этого.
Демон качнул головой.
— Нет. Я вернулась не за этим. — Звук её голоса вызвал тревогу среди магов.
— Тогда зачем? — сказала библиотекарша.
— Я пришла с сообщением. Она идёт. — В её голосе безошибочно звучал ликующий тон.
Библиотекарша выглядела потрясённой.
— Нет. Не может быть.
— Может, — сказал демон, — в немалой степени благодаря ему. — Её голова наклонилась, указывая на Ника.
— Что ты сделал? — прошептала Диззи.
— Ничего, — сказал Ник.
Когти Все-Отца обрушились с поразительной скоростью. Они приземлились на голову демона, ударив её о землю и поймав как в клетку. Демон засмеялся, несмотря на то, что он был пригвождён и не мог освободиться.
— Как это возможно? — сказал Архимаг.
— Это невозможно, — сказала библиотекарша. Она повернулась и посмотрела на Ника. Все смотрели в его сторону.
Симоль подошла к нему, распустив крылья. Она открыла челюсти, вызвав у магов приступ оборонительных жестов, и громко зарычала. Затем она повернулась и покачала хвостом, достаточно медленно, чтобы все, кто оказывался на его пути, смогли от него отпрыгнуть.
Она неуклюже развернулась обратно, чтобы встретиться лицом к лицу с Все-Отцом, и схватила когти, которые удерживали демона. Разница в размере была слишком велика, чтобы она могла освободить демона. Она отпрянула назад, а затем ударила головой о низ подбородка Все-Отца.
Драконы, наблюдающие сверху, издали крик протеста, но Все-Отец не выглядел разозлённым. Он откинул голову назад и поднял лапу.
Демон поднял освобождённую голову, но ненадолго. Симоль бросилась вперёд и поймала шею демона когтями на обеих лапах. Она поднялась на задние лапы, демон неистово замахал крыльями, но Симоль выдохнула голубой туман, который расплескался по двору, и демон прекратил бороться.
— Ты сильна, юная, — сказал демон. — Этого будет недостаточно, чтобы сразиться с ней.
— О ком они говорят? — спросила Диззи. — О Все-Матери?
— Нет, — сказал Ник. — Я думаю, они имеют в виду Виннум Роке. Возможно, я выпустил её из… тюрьмы? — Он задал вопрос библиотекарше.
— Я вернулась, чтобы сказать ей, что я потерпела неудачу, — сказал демон, — но детёныш спас меня от смущения. Ах, какой хороший мальчик.
Симоль снова открыла рот, но демон не пытался освободиться. Он просто рассмеялся. Симоль отбросила голову демона в сторону — та упала, а затем качнулась обратно на гибкой шее.
— Она идёт, и никто из вас не сможет остановить её.
— Это правда? — сказал Архимаг, заметно потрясённый новостями. — Мы ничего не можем сделать?
— Почему все так боятся её? — спросила Диззи. — Что такого есть у Виннум Роке, чего мы должны бояться?
Глаза устремились к Диззи, но никто не ответил. Симоль передвинулась так, что её голова оказалась на одном уровне с головой Диззи. Теперь они обе задавали вопрос.
— Это запретное знание, — сказал Архимаг. — Это не для…
— Демоны отдались нам, — сказал Ник. — Они пожертвовали своим молодняком, чтобы мы стали магами.
— Зачем? — сказала Диззи. — Зачем они это сделали?
— Точно не знаю, — сказал Ник, — но я думаю, что это как-то связано с их изменением на что-то другое. Внутри нас.
— Об этом не о чем говорить. — Архимаг выглядел обеспокоенным.
Голова Симоль скользила по воздуху. Ничто не могло подойти к Нику, не пройдя через неё.
— Насколько я смог разобраться, — сказал Ник, разговаривая почти сам с собой, — маг держит демона как часть себя, и когда он, как и все люди, умирает, одного из драконов используют для передачи сущности, духа, — называйте это как хотите, — новому хозяину. Когда он проходит через нас, он становится чем-то новым. Они не меняются. Но они этого хотят.
— Измениться во что? — сказала Диззи.
— Я не знаю. В другой вид демона? Во что-то… — Ник оглянулся. Остальные смотрели на него так, словно боялись, что он скажет какое-то волшебное слово, и мир разделится надвое. Им не нужно было бояться. У него не было ответа.
— Значит, когда дракон съел Денкне?.. — сказала Диззи, вспоминая странность этого момента.
— Какая-то подготовка, но… женщины-маги…
Теперь Симоль приблизилась к нему, с вопросительным взглядом в глазах.
— Рожая ребёнка, они передают ему демона. Нет необходимости в промежуточной стадии. Но они умирают. Они умирают во время родов, а то, что они производят, — это скачок. Это ближе к тому, чем они намереваются стать.
— Но мать всегда умирает? — сказала Диззи.
— Похоже на то, — сказал Ник.
— Можно подумать, — сказала Диззи, — что они предпочли бы женщин-магов, чтобы ускорить процесс. — Она огляделась. Все присутствующие маги были мужчинами.
— Они предпочли, — сказал демон. — Сделка была заключена, и преобразования были быстрыми. И женщины умирали ради высшей цели, пока они не осознали. И тогда они отказались рожать детей. Потому не было необходимости разрешать им поступать в Королевский колледж, за исключением очень немногих одарённых и, умышленно, невежественных.
Когда демон сказал это, Симоль стала заметно взволнованной.
— И Виннум Роке хотела покончить с этим? — спросила Диззи.
— Она хотела отомстить, — сказал Архимаг. — Но винить в этом некого.
— Значит, вы её изгнали? — сказала Диззи, её голос был полон недовольства тем, что произошло задолго до её рождения.
— Это считалось самым безопасным вариантом для всех нас, — сказал Архимаг.
— А Все-Мать? — спросил Ник. — Она поменялась местами с Архимагом, убедив её, что та что-то выиграет от сделки. Перехитрила её, чтобы заманить в Иное Место. Где она? В вас? Во всех Архимагах с тех пор?
— Мы больше не используем женщин в такой варварской манере, — сказал Архимаг, уклоняясь от вопроса. — Этот путь медленнее, но они чувствуют время не так, как мы. Неважно, сколько времени это займёт. Мы достигли баланса, удовлетворительного для обеих сторон.
Ник посмотрел на Симоль.
— Почему у вас был ребёнок от мага?
Архимаг посмотрел на Симоль.
— Я любил твою мать. Мы были глупы и безответственны. Я пытался сделать всё правильно, но она не захотела отказаться от тебя. Мне жаль. — Его глаза заполнились тихой грустью. — Если Виннум Роке вернётся… Она сильнее любого из нас.
— Кто знает, что принесёт нам будущее? — Все обратились к источнику голоса. Рот Все-Отца едва двигался, но голос был глубоким и низким, как ползущий по земле туман. — То, чего мы боимся, — это прошлое, это повторение привычного, которое притупляет нервы, пока всё не потеряет смысл. Будущее несёт обещание неизвестного, какую бы форму оно ни приняло.
— Я виновата, — сказала библиотекарша. В первый раз на памяти Ника она казалась неуверенной в себе.
— Нет, Пилот, — сказал Все-Отец, — ты не виновата. — Голова Все-Отца покачивалась, а затем остановилась, чтобы посмотреть сверху вниз на демона в драконьем виде. — Я потворствовал тебе, это моя ошибка. Ты была соблазнена её словами. Она мастер в этом. Ты больше не можешь подвергать риску своих братьев и сестёр. Мы отправили её прочь не потому, что она мешала нашим планам, — никакого плана для неизвестности нет; мы отправили её прочь, потому что она сошла с ума. Осознавая цену своим способностям, она ушла из этого мира. Я думал, что уединение пойдёт ей на пользу. Это тоже моя вина.
— Слишком поздно, Отец. Она идёт.
— Тебя здесь не будет, чтобы увидеть это. — Все-Отец приблизился к меньшему дракону. — Ты присоединишься к остальным. Тебе пора расти.
— Нет, — сказал демон-дракон. — Я отказываюсь принимать другую форму. Изменение… переоценено.
— Как и дерзость. Ты будешь делать то, что я говорю, верить в то, во что верю я.
Демон-дракон сжался от потрескивания голубого света во рту и глазах Все-Отца.
— Подождите, — сказал Ник. — Вы не можете этого сделать. — Все взгляды переместились к нему. — У нас соглашение. Обещание слиться. Со мной, и только со мной.