— Да, — сказал Даво, — но не как маг.
— Учитывая то, что мы теперь знаем, что нужно, чтобы стать магом, я пересмотрел свои цели. Эти двое внезапно стали очень дружны, не находите?
Фанни слегка поднял голову, чтобы указать направление. В столовой было полно детей, каждый стол заполнен, но сомнений, о ком именно говорил Фанни, не было. Симоль и Диззи сидели за столом на шестерых, но только вдвоём. Никто не осмеливался спросить, можно ли подсесть к ним, что было вполне понятно.
Фанни посмотрел на Даво.
— Как думаешь, о чём они говорят?
— О мальчиках, платьях, конце света и как правильно подобрать к нему аксессуар. Ну знаешь, обычные девчачьи штуки.
— Я предположу, что они строят планы, — сказал Ник, — на то время, когда они подомнут под себя Ранвар и сделают всех нас своими верными подданными.
— Я думаю, они говорят о тебе, — сказал Фанни.
— Обо мне? — сказал Ник. — Я так не думаю. Я — вчерашний день. Ни одна из них не сказала мне и двух слов с тех пор, как мы вернулись.
— Тебе не кажется, что не время использовать это выражение «О ком? Обо мне?»? — сказал Даво. — Отец мисс Делкруа с самого начала знал, что ты будешь играть роль в том, что должно было произойти, как знала это библиотекарша. И Архимаг пошёл на многое, чтобы устроить твоё дальнейшее участие. И это только то, что вижу я. Любой дурак может увидеть, что ты связан со всем этим беспорядком на самом глубоком уровне. И эти две не дуры.
Ник положил нож и вилку на пустую тарелку перед собой и выдохнул.
— Да, ты прав. По всей видимости, они решили объединить усилия, чтобы следить за мной и подготовить подходящую тактику, чтобы помешать мне встать на их пути. Они, вероятно, предполагают, что с нами случится какая-то новая катастрофа, и я буду в её центре. Они хотят манипулировать мной или контролировать меня, чтобы заполучить полную доверенность на то небольшое влияние, которое я могу оказать. Не думаю, что они доверяют мне самому разобраться с этим или что они считают, что я обладаю здравым смыслом, чтобы позволить им взять верх без принуждения.
— Ладно, — сказал Даво, — ты, похоже, очень хорошо разбираешься в ситуации. Прошу прощения за то, что сомневался в тебе.
Ник улыбнулся.
— Я просто удивлён, что вы двое не плетёте интриги вместе с ними.
— Ты, должно быть, шутишь, — сказал Фанни, отложив свой блокнот и взявшись за нетронутый обед. — Они думают о нас ещё меньше, чем о тебе.
— Конечно же он шутит, — сказал Даво.
Фанни откусил от сосиски.
— Почему она холодная?
— Может быть, потому, что ты сидел над своими рисунками последние двадцать минут?
— О, позвольте присоединиться к вам, — сказал Брилл, садясь рядом с Ником. — Я думал, вы уже закончили к этому моменту.
— Мы ждём мастера Боствэра, — сказал Даво. — Он жуёт очень медленно, чтобы извлечь максимум питательных веществ из каждого кусочка.
— Очень похвально, — сказал Брилл. — Я пережёвываю каждый кусок по тридцать два раза, по разу на каждый зуб.
— Можно сесть с вами? — сказал худой мальчик, явно нуждающийся в стрижке. С ним стояли ещё три мальчика.
— Да, да, — сказал Даво. — Вы понимаете, что вы не обязаны сидеть именно за этим столом? Вы знаете, что у тоже-ренов есть полный доступ к этому месту? Мы боролись с унижениями дискриминации, чтобы вы, молодые люди, обладали свободами, в которых нам было отказано.
Четыре новых тоже-рена выглядели смущёнными, стоя с подносами с едой.
— Ладно, садитесь, — сказал Даво.
— Эй, Брилл, — сказал Фанни, — видишь вон ту девушку? С вьющимися волосами. Знаешь её имя?
Брилл вытянул шею, чтобы посмотреть.
— О, конечно.
— И какое оно?
— Извини, я не могу тебе сказать.
— Чего? Почему нет?
— Потому что ты должен пожинать то, что посеял, — сказал Даво.
— Это для твоего же блага, — сказал Брилл, переставляя еду на тарелке.
Вспыхнул дружеский спор о характере нежелательных вмешательств. Как у учеников курса военной истории, у каждого было своё мнение.
Ник повернулся и посмотрел через столовую на двух девушек. Они были глубоко погружены в разговор, как старые друзья. Похоже, им было комфортно в обществе друг друга. Это вызывало беспокойство.
Ник лежал на кровати. Его занятия теперь были намного сложнее и из-за этого тем более приятными. Занятость — это хорошо, она держала его ум активным. Но ночью всё прекращалось. Ночь была временем, когда к нему приходила она, и ему приходилось искать способы отвлечь её. В конце концов он потерпит неудачу, и тогда настанет время платить по счетам. Ему нужно было придумать запасной план, прежде чем это произойдёт.
Трудная часть заключалась в том, чтобы знать, кто на чьей стороне, когда настанет момент. Виннум Роке, возможно, была сумасшедшей, но могли существовать вещи и пострашнее.
Он ждал, задремав.
— Я думала, ты тренируешься. Готовишь своё тело к трансформации.
Ник повернул голову. На подоконнике сидел силуэт, ноги свисали внутрь комнаты. Он не слышал, как открылось окно.
— Я не хочу быть магом, — сказал он. — Так что смысла готовить тело нет.
— Не думаю, что там достаточно места для вас троих, — сказала Симоль. Ник ничего не ответил. — Я знаю, что ты привёл Виннум Роке с собой, Ник.
— У меня всё под контролем.
— Ты ей не ровня.
— Нельзя стать лучше, принимая вызов от тех, кто слабее тебя, — сказал Ник.
— Нельзя стать лучше, если всё закончится твоей смертью, — сказала Симоль.
— Зависит от того, что ты сможешь извлечь из этого опыта. Метод проб и ошибок — рабочий подход.
— Она пыталась взять вверх? Она вторгается в твои сны?
Ник ожидал рано или поздно визита, либо от Симоль, либо от Диззи. Он был рад, что не пришли сразу обе. Он положил руки за голову и уставился в тёмный потолок.
— Сейчас, когда ты упомянула об этом, у меня были какие-то странные сны в последнее время. Вообще-то это был один и тот же, снова и снова. Я работаю на министра Делкруа, в министерстве. Я думаю, что я его помощник или секретарь, это неясно. Это хорошая работа. Хорошая оплата, хороший график. Иногда министр приводит на работу своего внука. Сына Диззи. Я не знаю, кто его отец, но мы прекрасно ладим, я и мальчик. Он жалуется на свою мать-босса, а я даю ему советы, как вести себя с ней. Он отпускает похабные шуточки о ней, что очень забавно. Думаю, муж боится её и прячется от неё на работе. Я не знаю, что делает Диззи, но она слишком давит на мальчика. Ему не нравится, когда ему говорят, что делать. Он напоминает мне её.
— Скажи, — сказала Симоль, — этого мальчика из сна зовут Феми?
— Как ты узнала? — спросил Ник, искренне удивлённый.
— Потому что у неё такой же сон.
Ник сел в кровати.
— Что это значит?
— Я не знаю. Возможно, вы видите будущее.
— Я так не думаю, — сказал Ник. — Это не будущее, если только отец Диззи не планирует вернуться к жизни. Это всего лишь сон.
— Возможно, всё не так буквально. А, может быть, в нём и нет ничего. Но между твоим сном и её есть одна разница.
— Да? Какая?
— Она знает, кто отец мальчика.
— Кто? — сказал Ник. Он повернулся к окну, но там никого не было.
Глава 2
Это был серый и мрачный день, и Ник проснулся уставшим и беспокойным. Полежав в кровати в безуспешных попытках снова уснуть, он решил, что проголодался, и встал.
Ночи не давали ему достаточно отдыха, и он подозревал, что его изматывают нарочно, чтобы он, будучи уставшим, стал уязвимым к влиянию тёмных сил. Полем битвы был его собственный разум, который, как он считал, находился под его контролем, но это может измениться, если он будет измучен ночными приключениями. Ему нужно осторожнее сохранять энергию. Или он мог просто вздремнуть после обеда.
Ник вошёл в маленькую кухню в тапочках, которые его мать купила ему в подарок. Завершение первого года в качестве старшеклассника Ренсома было не таким большим достижением, как она считала, и гораздо большим, чем он хотел признаться ей.
— Ты выглядишь ужасно, — сказал Фанни.
— Спасибо.
Он взял один из шести кусочков тоста на тарелке Фанни. Фанни не собирался ими делиться, и сейчас он болезненно посмотрел на Ника, словно был опечален его предательством.
— Я серьёзно. Ты очень бледный, а глаза налиты кровью. Ты мало спишь?