— Спасибо. — Ник кивнул и последовал за Библиотекаршей, которая стояла в дверном проёме, на месте которого недавно была стена.
— Сюда, Николав, — сказала она, проходя в следующую комнату. — Не издавай громких звуков, ты можешь напугать существо. Оно атакует только когда напугано.
Ник вошёл вслед за ней. Тихо.
Глава 20
Лестница вела вниз. Библиотекарша в одежде мистера Перивинкла, которая неплохо на ней сидела, держала фонарь, чтобы показывать дорогу. Магический фонарь? Демонический? Он горел жёлтым пламенем, и это всё, что Ник мог о нём сказать наверняка.
Ступени спускались под небольшим углом на довольно большое расстояние, затем была небольшая площадка, после которой были снова ступени. Пространство было узким, шириной ровно в две лестничных клетки, из-за чего у Ника было ощущение, что он спускался по внутренней части закрытой книги.
— Не нужно волноваться, — раздался в голове Ника голос Виннум Роке.
— Я не волнуюсь, — сказал Ник, отводя взгляд от Библиотекарши, на лице которой плясали тени от фонаря. — Я слишком для этого напуган. — Он шутил, но только чтобы скрыть свой страх.
Это было именно то, чего он хотел, — шанс вырваться из положения поставщика общих услуг для бестелесных существ, ищущих промежуточную станцию между мирами. Даже если у них есть на него планы, в которых он, возможно, не заинтересован принимать участие, это уже происходит. По крайней мере, он узнает, что именно они на самом деле замышляют. Заявлять, что хочешь развиться во что-то лучшее — это очень хорошо, но что это вообще значит? Было ли это похоже на то, когда ты видел это в действии за окном? Это был шанс Ника узнать.
Симоль дала ему возможность доказать раз и навсегда, что он может быть кем-то большим, чем их курьером. Однако была проблема: у каждой возможности показать, на что ты способен, была равная и противоположная ей возможность показать, на что ты не способен. Прелесть этого утверждения была в том, что это была одна и та же возможность. Однажды Ник напишет книгу о том, что будет называться законом Тутта или, может быть, парадоксом Тутта. Возможно, учёные будут спорить о её содержании. Остаётся надеяться, что люди ещё будут существовать, чтобы прочитать её.
— Это место всегда здесь было? — спросил Ник.
— Здесь никогда ничего не было, — ответила Библиотекарша. — Но это место было построено, когда был построен Либрариум. Тогда у него были другие цели. — Она издала тихий звук, который мог быть вздохом, как будто она вспоминала более счастливые времена.
В конце лестницы был дверной проём, который тоже был шириной в две лестничных клетки и был без двери. Через него Ник видел белую комнату. Стены были сделаны из больших панелей, которые светились, как матовое стекло с источником света позади него. Панели были большими квадратами размером с окно. За ними ничего не было.
Большая пустая комната без признаков какого-либо создания. Ник, преисполненный больших ожиданий, был разочарован, его сердце колотилось по мере приближения большого откровения. Впрочем, небольшое облегчение также присутствовало.
Они вошли в комнату, Библиотекарша не отпускала фонарь, хотя люминесцентные стены давали много света — намного больше, чем нужно было для того, чтобы показать, что здесь никого нет.
— Это здесь? — спросил Ник, подразумевая вопрос, почему здесь пусто. Всегда могла быть другая дверь и другая лестница. Начинало казаться, что это всё, что здесь было.
Библиотекарша повернулась к нему лицом, её губы раздвинулись, чтобы что-то сказать. Прежде чем она смогла ему ответить, комната погрузилась во тьму, но не непроницаемо чёрную. Стены приобрели вид ночного неба. Потолок и пол тоже.
Ник словно плавал среди звёзд. Это было странное ощущение. Он чувствовал пол под ногами, знал, что находится в комнате, но он был оторван от всего этого.
— Это иллюзия? — спросил он Библиотекаршу.
Она держала фонарь возле лица, он освещал её и не более того. Фонарь погас, и Библиотекарша исчезла, но он чувствовал её рядом с собой.
— Мы находимся в самом сердце создания, — услышал он её голос.
Это ведь было лучше, чем оказаться у него в животе? Ник на этот счёт был не слишком уверен.
— У него есть имя?
— Мы многие перепробовали, но оно отказывается отзываться на них. Мы попросили его дать себе имя, но оно нас игнорирует. Возможно, тебе повезёт больше.
Создание, похоже, не очень довольно своей судьбой, пришло на ум Нику.
— Как мне с ним поговорить?
— Никак. Нужно ждать, пока оно само заговорит с тобой.
Ник посмотрел на крошечные звёзды. Это были точки света, но они создавали впечатление, что они станут больше, если приблизиться к ним. Перспектива сбивала с толку. Он стоял на месте и ждал, пока с ним заговорят. Это было чем-то похоже на правила этикета перед царской особой — не говорить без разрешения в присутствии короля. Не сохраняло ли таким образом создание, запертое в этой клетке, своё достоинство?
— Ты привела его сюда, — произнёс голос, который был знаком Нику.
— Да, Высший Отец, — сказала Библиотекарша.
— И её ты тоже привела.
— Да, Высший Отец.
Ник предположил, что под «ней» он имел в виду Виннум Роке, которая молчала с её последнего совета не волноваться. Какая бы часть Виннум не находилась внутри него, это была не полная версия. Компактная, с необходимыми функциями копия. Она не пыталась общаться без необходимости, а когда всё-таки вступала в контакт, часто казалось, что она говорит то, что, по её мнению, требует ситуация, нежели какую-то спонтанную реакцию.
— Можешь говорить свободно, как ты хочешь, — сказал Высший Отец. Его голос доносился не с какого-то конкретного направления, а со всех сразу одновременно.
— Спасибо, — раздался таким же образом голос Виннум. Нику казалось, что его окружили, но он никого не видел. — Как удивительно вернуться туда, откуда мы это начали.
Удивительно? По голосу не скажешь, что она преисполнена удивления. Она была немногословна. Он подумал, что если соберётся сделать урезанную версию себя, то уберёт беспокойство и опасение. Правда, эти эмоции могли слишком глубоко укорениться, чтобы их можно было отделить.
— Что, по-твоему, этот мальчик может такого сделать, чего не могу я? — спросил Высший Отец. От упоминания о собственной персоне у Ника сжался желудок. Звезды мерцали вокруг него.
— Я не знаю, — сказала Виннум, — но поскольку ты не достиг ничего, у него довольно много вариантов.
— Возможно, возможно, — сказал Высший Отец, каким-то образом создавая у Ника впечатление, что на него смотрят со всех сторон. — Посмотрим. Но ты получила то, что хотела, — драконов скоро не станет, и цвет исчезнет из этого мира. Вернись в установленное место.
— Ха, драконы исчезнут, и демоны примут другую форму. Вы будете выжидать, ждать момента, чтобы вновь примерить на себя мантию, которую так жаждите. Моё место здесь. Я всё ещё в установленном месте, так что наше соглашение не нарушено.
Высший Отец издал терпеливый вздох усталого родителя.
— Это ужасное обвинение. Мы лишь стремимся помочь тем, кто помогает нам.
— Твоё создание, кажется, с этим не согласно, а оно видит будущее гораздо яснее, чем любой из нас. Оно предсказало, что этот мальчик придёт, и я его привела. Оно также предсказывает твоё падение, и люди этого мира скоро увидят твоё истинное лицо, как и во всех других мирах, которые посетил твой вид до этого. Твои предыдущие жертвы увидели его слишком поздно, за несколько минут до их гибели, но мы не допустим той же ошибки.
— Создание только предсказало недовольных.
— Этот мальчик и есть недовольный, — сказала Виннум, что, по мнению Ника, было довольно грубой характеристикой. Однако он не выдвинул никаких претензий.
Нику было сложно следить за их разговором, из-за чего тот был несколько утомительным. Он понимал, что они говорили, но не то, чего они пытались достичь. Казалось, что ни у одного из них не было особой цели, только желание ссориться друг с другом, словно они были старой супружеской парой, больше не желающей мириться с мелкими увёртками.
Они продолжали цапаться, внимание Ника переключилось от них, и лишь небольшая часть его мозга оставалась в курсе их ссоры. Он сделал несколько шагов ближе к тому, что считал стеной. Размеры комнаты не изменились, только то, как она выглядела. Это должна была быть иллюзия.