Ник не удивился бы, если по возвращению в коттедж они нашли бы его горящим. Такого рода расправа была ожидаемой, но единственным отличием был агент Секретной службы, стоящий у двери. Он никак не реагировал на них, даже когда они пытались напрямую поговорить с ним.
— Он немного сердитый, — сказал Фанни, когда они были внутри.
— Как ты можешь заявлять такое, когда на нём маска? — спросил Даво.
Ник снова вошёл в комнату Симоль. Он не мог с собой ничего поделать. Ничего не изменилось. Даво и Фанни оставили его там, и он сидел на кровати, пока комната медленно погружалась во тьму.
Раздался стук в окно. Он подошёл и открыл его. Снаружи стояла Диззи. По тому, как она стояла, он мог сказать, что она злилась на него.
— Сначала я пошла к твоей комнате, — сказала она, — но там никого не было.
— Нет. Я просто… Спасибо за сегодня. И за тот день.
— Я ненавижу пользоваться именем моего отца, Ник. Ненавижу. Мне жаль твоего друга, но больше я не буду тебе помогать. С этого момента ты сам по себе.
— Я понимаю. Я не буду рассчитывать на тебя. Мы квиты.
— Нет, не квиты. Ты мне должен. Можешь отплатить мне, тихо сидя на занятиях и не доставляя больше никаких проблем.
— Я сделаю всё возможное, — сказал Ник, слегка раздражённый, что она продолжает так к нему относиться после всего, что они пережили. — И спасибо, что пришла ко мне в больницу.
На её лице отразилось удивление.
— О чём ты говоришь? Я никогда не посещала тебя.
— Но я помню. Ты была с Симоль.
— Зачем мне быть с ней? Ты всё ещё нездоров? — В её голосе невозможно было усомниться, в нём не было никаких намёков на ложь.
— Нет, я в порядке. Должно быть, у меня всё в голове смешалось. Не волнуйся, я не причиню никаких неприятностей. — Он закрыл окно, его лицо горело.
Та сцена была плодом его воображения? Частью его бреда? Но у него была ручка. Он проснулся с ней в кармане. Как она туда попала?
Он пошёл в свою комнату, смущённый сильнее, чем когда-либо. В руке он держал ручку. Он понял, почему Диззи отказалась от неё. Принятие помощи от других и заимствование их силы часто служили достижению цели, но также они подчёркивали правду. Правду, что сам ты беспомощен. Что у тебя нет собственной силы. Они подчёркивали твою собственную ничтожность.
Для Ника это не было проблемой: он смирился с реальностью. Но для Диззи всякая помощь, которую она принимала, была знаком для других считать её менее способной.
— Он снова работает над этим прибором, — сказал Даво с порога. — Он убеждён, что он снова приведёт нас к её убийцам. У меня страшное предчувствие, что так и будет, и что ты тогда мы будем делать?
— Ты не знаешь, приходила ли Симоль ко мне в больницу той ночью? — спросил его Ник.
— Прости, не знаю. А что?
— Я проснулся с этой ручкой в??кармане. До этого её не было.
— А, вот что. Мы тогда навестили тебя и подумали, что она поможет тебе почувствовать себя в безопасности. Она же волшебная, в конце концов.
— Ты и Фанни? Вы навещали меня?
— Не удивлён, что не помнишь. Ты был совсем не в себе, думал как какой-нибудь чокнутый. Фанни был очень тронут, когда ты сказал, что скучал по нему.
Ник чувствовал себя полным идиотом. Он планировал сделать всё возможное, чтобы избегать Диззи, но теперь его решимость окрепла ещё больше.
Его ошибка была настолько мучительной, что он не мог усидеть на месте. Он надел пальто и выскользнул из окна в комнате Симоль, чтобы избежать стоящего на входе охранника.
Температура упала. Небо до сих пор было закрыто облаками, и свет быстро уходил. Ник не знал, куда идёт, он лишь не хотел никого видеть или с кем-либо говорить. Он осознал, что подходил к библиотеке. Обычно он ходил именно в это место, так что ноги сами привели его сюда.
У него было много вопросов к библиотекарше, но сейчас было не то время, чтобы задавать их. Если он находился под наблюдением, как он подозревал, то он лишь привлечёт к ней внимание, а этого он делать не хотел.
Он отвернулся от библиотеки. Не было никакого смысла лгать самому себе, он всегда сюда шёл. Пагода. Сцена его неудачи.
Он ожидал, что её оцепят, что здесь будут охранники, но никого не было. Строение выглядело немного потрёпанным. Изящные карнизы были разрушены и потеряли форму. Стены были потрескавшиеся и выглядели хрупкими, как будто могут рухнуть в любой момент. У Пагоды был вид старого заброшенного, когда-то внушающего ужас, но теперь разбитого и потрёпанного здания.
Холод собрался вокруг него, а у ног образовался туман. Он быстро стал густым, окружил его и скрыл мир от него и его от мира. Пагода то показывалась, то вновь пропадала. Влага конденсировалась в его волосах и стекала на глаза. Он мог разглядеть только очертания деревьев в полумраке. Тёмный воздух был совершенно неподвижным и холодным. В тяжёлом шерстяном пальто было достаточно тепло, но он вздрогнул, стоя в темноте и ожидая. Что-то пришло, он был в этом уверен.