В тумане загорелся свет, который расцвёл до белизны, из-за чего воздух буквально светился. Порыв ветра сорвал одеяло тумана, и снова показалась Пагода. За одну из её сторон цеплялся дракон.
Он был намного больше драконов, которых Ник видел раньше. Он полз по Пагоде, вонзая на почти всю длину похожие на косы когти. Его мышцы, казалось, были в постоянном движении, сверкающие чёрные чешуйки рябили по всему телу, а хвост его многократно обвился вокруг основания башни.
Голова с вытянутой мордой и бесчисленными клыками повёрнута одной стороной к Нику, огромный рептильный глаз повернулся в глазнице, пока не уставился на него, а затем моментально сменился с одной чёрной щели в ярко-зелёном окружении на целиком чёрный с небольшим куском зелёного.
Пасть открылась. Ник знал, что должен бежать, даже если это не спасёт его. Он должен что-то сделать, что угодно, а не ждать, пока его сожгут заживо. Почему они не пришли, те, кто следил за ним, те, кто ждал, чтобы узнать, были ли подозрения верными? Разве вот это не считается подозрительным?
Дракон взревел, но язычков пламени не было. Из широко раскрытой пасти вырвалась струя пара, горячая и влажная. Он усилил туман, делая стены вокруг них толще и крепче. Дракон исчез из виду, как рисунок углём, который стряхнули со страницы.
Затем ветер снова развеял туман. За спиной дракона раскрылись два крыла, мембрана которых была полупрозрачной и жилистой. В отличие от других драконов, эти крылья не были соединены с передними лапами, а были отдельными придатками, прикреплёнными к спине дракона, и зрелище полностью раскрытых крыльев оставило Ника неспособным двигаться, говорить или думать.
Дракон опустил голову, чтобы обнюхать его, показав при этом сидящего на его шее мужчину. Он был большим человеком, но не таким большим, как директор, с сильными глазами, которые уставились на Ника. Он соскользнул с дракона и грациозно приземлился на землю.
— Это непроницаемый туман, нас здесь не видно и не слышно. — Его голос был низким, но мягким. Он успокоил Ника, и он подозревал, что в нём есть нечто большее, чем успокаивающие тембры голоса. Все, казалось, дёргали разум Ника по своему настроению, вольно и без разрешения.
— Вы — архимаг? — спросил он, уже зная ответ. Прибытие на отце всех драконов слегка выдало его.
— Да. Где моя дочь?
Он не знал? Что он будет делать, когда узнает? Что он сделает с человеком, который расскажет ему?
— Её тело, что они с ним сделали? — Он не выглядел особенно расстроенным, скорее нетерпеливым.
— Я не знаю, они увезли её. Я не знаю, когда похороны.
— Похороны? — сказал архимаг. — Она не мертва. Она что, серьёзно привязала себя к такому тугодуму?
Ник не знал, как ответить, а затем понял, что ему и не нужно. Архимаг обращался к дракону. Единственный глаз, нацеленный на Ника с гораздо большей высоты, завращался, сделав полный круг.
— Она не мертва?
— Пойдём со мной. — Он пошёл к Пагоде, и хвост дракона размотался, чтобы разблокировать вход.
Глава 21
Ник поспешил за Архимагом, прежде чем потерял его. Туман, отброшенный крыльями дракона, быстро вернулся назад и скрыл всё, что находилось дальше вытянутой руки.
Плотный белый туман лишь частично скрывал дракона, чьи контуры, словно строительные леса, вырисовывались с одной стороны Пагоды.
Нику это помогло — огромная рептилия так казалась менее реальной — хотя он прекрасно осознавал, насколько реальным был этот дракон, взгромоздившийся на здание и наблюдающий за ним. Ник опустил голову и смотрел только на землю, так что он не споткнётся, не потеряет из виду путь и ему не придётся поднимать глаза.
Но дракон не был строительными лесами. Он двигался и извивался на краю зрению Ника, пока тот бежал к входу. Архимаг уже вошёл внутрь. Обвившийся вокруг основания Пагоды хвост скользнул и перекрыл единственный вход.
Архимаг сказал Нику идти за ним, но у дракона, похоже, были другие идеи. Глянцевые чёрные чешуйки блокировали дверной проём одним кольцом, вторым, издавая при движении металлический скрежет.
Дракон вынырнул из тумана с зловещей грацией, и Ник застыл, не в силах двигаться — словно мышь, окаменевшая от взгляда змеи. Голова остановилась перед ним, оба глаза вытянулись в зелёные щели, наклонённые под углом на всю длину драконьей морды. Губы свернулись назад, демонстрируя ряды треугольных зубов. Точность, с которой они смыкались, была завораживающей.