— Да. Её нашёл я.
— Да?
— Она не дышала. Тело было холодным, а в глазах не было никаких признаков жизни.
Архимаг никак не отреагировал на эту информацию.
— Да. Она не в своём теле. Она… там. — Он снова указал на комнату.
Ник попытался посмотреть мимо Архимага, но мало что увидел за тенями. И, конечно, никаких признаков Симоль он не нашёл.
— Я не вижу её.
— Конечно, её материальное тело не здесь. Заходи.
Ник заколебался.
— Туда?
— Да, куда ещё?
По голосу Архимага можно было предположить, что в комнате было не совсем безопасно.
— Разве не вы должны идти первым? — сказал он кротко, не желая, чтобы его ответ прозвучал как отказ.
Архимаг посмотрел на Ника холодным, твёрдым взглядом, а затем медленно опустил глаза, пока они не достигли ног Ника. Его взгляд переместился с ног на пол и затем к двери, его голова слегка дрожала, словно следовала за извилистой нитью. Он заглянул в комнату и кивнул.
— Ты тот, к кому она привязалась.
Ник посмотрел на себя, пытаясь понять, что видел Архимаг.
— Я не вижу никакой привязи.
— Ты всё понимаешь крайне буквально, да? — Архимаг нахмурился. — Почему-то моя дочь решила привязать свою жизненную линию к тебе, и это не очень хорошо. Думаю, она спешила, но, всё же, я тренировал её лучше, чем на это.
Ник продолжал осматривать себя, заглядывать под мышки и за спину, насколько позволяла шея.
— На самом деле нет очевидного объяснения, почему это оказался ты. На мой взгляд, у тебя мало качеств для того, чтобы к тебе что-либо привязывать.
— Возможно, я просто оказался ближайшим человеком. Я был в библиотеке, когда она умерла. Или не умерла.
— Может быть, может быть. Ну, давай заходи.
Ник продолжал стоять там, где был.
— Что делает привязь?
— Она даст ей отыскать дорогу назад, если она выживет.
— Выживет…
Архимаг схватил Ника за шкирку и бросил его в комнату.
Ник споткнулся и пошатнулся, после броска он оказался в центре комнаты. Перед ним стояло большое кресло, и он схватился за него, чтобы не упасть.
Он выпрямился, и его голова металась из стороны в сторону в ожидании выпрыгивающего из темноты монстра.
— Как себя чувствуешь? — спросил Архимаг.
— Хорошо, — слабым голосом ответил Ник. — А как я должен себя чувствовать?
— Какая-нибудь боль? Тяжело дышать?
— Нет, — сказал Ник, чувствуя, что им просто воспользовались, чтобы активировать любые возможные ловушки.
— Нет переполняющего отчаяния или желания прервать свою жизнь?
— Нет, — решительно ответил Ник. Отец Симоль что, просто пытался убить его?
— Отлично, — Архимаг вошёл в комнату, за ним последовал шар света.
Свет заполнил комнату, отбросил тени и изменил форму всего. В контрасте синего и белого комната выглядело холодной и стерильной, совершенно непохожая на по-домашнему уютную комнату, которую Ник видел в прошлый раз.
Кресло выглядело жёстким и неудобным. Камин был рванной дырой в стене. Потолок был неровным и придавал комнате вид вырытой в земле норы.
— Центр этой дурости здесь, — резко сказал Архимаг. — В этом месте есть пустота. Дыра в мире, которая кровоточит арканумом. Здесь она и была. — Его глаза просматривали стены. — Но сейчас её нет.
Странная незнакомость комнаты почти заставила Ника усомниться в том, что это была та же самая комната, в которой он нашёл Симоль.
— Куда она ушла? — тихо спросил Ник, не желая беспокоить Архимага, пока тот тщательно осматривал каждый дюйм комнаты.
— В Иное Место. В Демоническое Измерение.
— Как вы можете быть уверены?
Архимаг остановился и уставился на Ника, словно его слова раньше никогда не подвергали сомнению; вероятно, так оно и было.
— Её здесь нет, а привязь всё ещё соединена с тобой. Больше она нигде не может быть. — Он пересёк середину комнаты, осматривая всё вокруг. — Ты нашёл его здесь? Её тело.
— Да.
— Кто ещё здесь был?
— Никого. Мистер Теннер и профессор Веристотель — единственные, кто использовал это здание, но их здесь не было. По крайней мере, я их не видел. Я не знаю, что с ними случилось. — Он огляделся, бегущие по шее мурашки предупреждали его быть начеку. Никакого движения, ни единого звука. Здесь больше никого не было.
— Здесь есть смерть. — Архимаг наклонил голову и закрыл глаза. — Человек, смертный. Его жизнь была съедена. Мы спросим его, что случилось.
Шар света, всё ещё парящий над их головами, становился всё ярче, но уменьшался в размере. Губы Архимага безмолвно шевелились. Ник почувствовал треск чего-то, бегущего по его пальцам и поднявшего волосы на руках. Ник отступил.