— А вы не можете передать привязь себе? Это сделает связь более устойчивой?
Архимаг подумал над этим предложением.
— Если бы она проделала хорошую работу, я бы не смог, но эти небрежные потуги на самом деле могут сделать это возможным.
Ник видел решение, способ помочь Симоль. Он не был подходящим человеком, чтобы указать ей путь домой. На эту роль подходил один-единственный человек.
— Значит, вы передадите себе привязь? — спросил Ник, отчаянно пытаясь ускорить процесс, в котором он пишет ответ рядом с вопросом и сдаёт лист с тестом.
— О, нет, на это нет времени, — ответил Архимаг. — У неё свои битвы, а у меня — свои. Сейчас, когда дверь открыта, нужно делать новые приготовления. К сожалению, наиболее вероятный исход — это вторжение в королевство, а затем и в остальной мир.
Ник не поверил своим ушам.
— Вы даже не увеличите её шансы найти путь назад? — Его слова были полны изумления.
— Нет, ты прав, я должен попытаться увеличить шансы. Как правило, я пустил бы ситуацию на самотёк, ведь лучший урок — это тот, в котором ты страдаешь от последствий собственных деяний, однако это особый случай, учитывая, что может не остаться того, кто мог бы выучить этот урок.
Он так много говорил, и всё же трудно было определить, как он собирался помочь. Большей частью сказанного были неопределённые заверения и преднамеренное отсутствие гарантий.
— Постой минутку, — сказал Архимаг. Он соединил большой и ещё один пальцы и начал двигать ими взад-вперёд. — Чувствуешь, как она затягивается?
Ника свела судорога. Он положил руку на бедро и сдавил его, чтобы снять дискомфорт. Привязь начала подниматься всё выше и выше, на несколько секунд задержавшись на груди.
Рука Ника следовала за привязью. Больно не было, но ощущался некоторый дискомфорт. Рука добралась до шеи, и вокруг его горла, казалось, резко затянулся воротник.
— Вот такой она и должна быть — хорошей и тугой.
Ник приложил руку к горлу, пытаясь дышать.
— Не могли бы вы немного ослабить её, пожалуйста? — хрипло прошептал он.
Архимаг ван Дастан не был впечатлён просьбой, но руку поднял, и петля вокруг шеи Ника немного ослабла.
— Что я должен делать? — спросил Ник, потирая шею.
— Ничего. Дело за ней. Твоя единственная задача — ждать. И не умереть молодым.
— Сколько ей понадобится времени, чтобы вернуться?
— От нескольких дней до многих лет. Просто будь жив, когда она будет готова вернуться. — Он повернулся и вышел из комнаты, сгорбившись, как будто на его плечи навалился большой вес.
Ник остался, задаваясь вопросом, во что он влез. По крайней мере, она жива. Кроме того, у него не было чёткого представления о том, как привязь повлияет на него самого. Совсем никак, судя по услышанному.
В комнате быстро темнело, когда свет архимага последовал за ним. Ник пошёл за шаром, чтобы не идти к выходу в темноте. Он бежал, пытаясь догнать Архимага, но тот легко держался на расстоянии, почти пролетев вверх по лестнице.
Ник наконец догнал его, когда вышел из Пагоды. Архимаг стоял в белом тумане и смотрел вверх. Ник последовал за его взглядом, но туман был слишком плотным, чтобы видеть выше нижних ярусов Пагоды.
— Он расстроен, — сказал Архимаг. — Он согласен с тобой. Он не хочет оставлять её.
Ник предположил, что он говорил о драконе, но сам он ничего не видел и не слышал. Ну, по крайней мере, хоть кто-то в семье Симоль скучал по ней.
— Что насчёт тебя? — спросил Архимаг. — Ты собираешься поступать в Королевский колледж и стать магом?
— Нет, — сказал Ник, — у меня нет интереса или способностей.
Архимаг нахмурился, будто считал этот ответ особенно глупым.
— Ни то, ни другое не нужно для изучения Искусств. Ты знаешь величайшую силу человека? Помимо силы и интеллекта?
Вопрос был из разряда тех, что задавали им на уроках Разума и Логики. Ответ обычно был чем-то поэтичным, тогда как правильным ответом были деньги и эффективная армия.
— Надежда? — предположил Ник.
— Ха. Надежда. Что в ней хорошего? Нет, мальчик. Упорство. Ты учишься магии, практикуясь в ней. Теперь, когда я потерял свой меч, возможно, мне нужно заточить новый. Что скажешь, мальчик? Готов к вызову такого рода? Я могу тренировать тебя. Ты уже продемонстрировал удивительное упорство. Не многие осмелятся надоедать и провоцировать Архимага Ранвара, как это сделал ты.
Это была редкая возможность, но единственное, что он чувствовал — это глубокое негодование. Ему предлагали возможность изучать арканум на самом высоком уровне с величайшим практиком и, возможно, стать таким же сильным, как Симоль. Но есть и скрытая стоимость. Зачем делать такое предложение бездарному ребёнку, а не тренированному магу? На это была только одна причина. Стать вассалом человека, который видел в других только инструменты (даже в собственной дочери) — значит, отказаться от части себя, даже если это была единственная часть, которую он ценил.