Никто ничего не спросил, и они ехали молча, пока Бриллард не указал на Фанни.
— Фандрал, не так ли?
— Да, — ответил Фанни.
— Кажется, твой отец — маг в Королевском колледже.
— Так и есть, — вздохнул Фанни.
— Это должно быть полезно. Информация, которая у тебя есть, даёт тебе преимущество, да? — вопрос был сформулирован как дружеский, но Фанни испытывал неловкость из-за этого вежливого допроса.
— Мы видели группу мальчиков, пришедших к скалодрому, — сказал Ник, пытаясь отвлечь внимание от Фанни. — Они забирались на него.
— Да, — сказал Бриллард, повернувшись так быстро, будто ожидал именно этого вопроса. — Они реформировали клуб скалолазания. То есть повторно сформировали, а не реформировали. Прошло достаточно времени, чтобы отдать дань уважения и, надеюсь, извлечь уроки.
Ник кивнул. Он не знал, почему это всплыло у него в голове. Даже если этот клуб будет подниматься на гору, он не собирался взбираться на самую вершину.
— Вы собираетесь подняться на гору? — спросил Бриллард.
Повисло долгое молчание.
— Мы просто трио…
Даво ткнул локтём Фанни, чтобы заткнуть его.
— Мы думали посмотреть, как далеко мы можем добраться, — сказал Ник. — Из любопытства.
— Есть причина, по которой нас туда не пускают, — сказал Бриллард.
— Да, — сказал Ник.
— Я не думаю, что Секретная служба допустила бы что-нибудь подобное, — сказал Фанни.
— Агенты уходят на край парка, — сказал Бриллард. — По периметру легче контролировать. И легче обнаружить незваных гостей. Они не обращают особого внимания на то, чем занимаются ученики. Существует негласное соглашение не вмешиваться, если только это не абсолютно необходимо. Они не будут помогать благородным, когда проверяется их способность самостоятельно со всем справляться. Если честно, я сомневаюсь, что агенты что-нибудь предпримут, если кто-нибудь попробует подняться на Сердце Демона.
Бриллард сидел на одной стороне с Ником, Фанни и Даво сидели напротив. Глаза Брилларда переходили от одного к другому, пока не остановились на Нике.
— Как думаете, есть хотя бы толика правды в рассказах о магических ритуалах и прочем? Я о призыве силы из тёмных мест.
— Ты имеешь в виду принесение в жертву? — спросил Фанни.
— Верно, — зловеще сказал Бриллард. — Говорят, что одержимые излечиваются от их одержимости. Довольно жестоким образом. — Он улыбнулся.
Ник пожал плечами.
— Наверное, это просто скалистый пик с небольшим количеством травы, растущей на нём.
— Более чем вероятно. Но это Десятина Демона. Ночь, крепко связанная с ритуалами, которые я упомянул. Звёзды выстраиваются в ряд, и так далее, и тому подобное, создавая условия для слияния мощных сил. Повсеместное убеждение среди людей, которые не понимают причин возникновения астрологических мифов.
— Какие причины? — спросил Фанни.
— Сельское хозяйство, в основном, — сказал Бриллард.
Фанни был в замешательстве. Даво выглядывал из окна, но на его лбу появилась складка.
— Большинство рассказов о звёздах и созвездиях — это ранняя форма календарей, — сказал Ник.
— Большинство? — спросил Бриллард.
— Я не думаю, что ты можешь говорить в абсолютах, — пожал плечами Ник.
— Что ты имеешь в виду под календарями? — спросил Фанни.
— Прежде чем люди научились писать, — сказал Ник, — прежде чем они изобрели бумагу или научились писать мелом или древесным углем, они занимались сельским хозяйством. И они узнали, что разные времена года лучше подходили для посадки и уборки урожая.
— Да, — сказала Фанни. — И?
— Они также заметили, — продолжал Ник, — что разные группы звёзд появляются в небе в разное время года. Каждого года. Таким образом, они могли определять время сбора урожая по звёздам. Но они не могли записать это, чтобы передать информацию.
— Почему они просто не рассказывали? — спросил Даво, отрывая взгляд от постоянно движущейся сельской местности.
— Они так и делали. И чтобы было легче запомнить, они превратили эти знания в историю. Вон то созвездие похоже на меч. Он принадлежал великому герою, который умер и возродился.
— Варагас, — сказал Фанни.
— Да, — сказал Ник. — Итак, когда созвездие, появившись в небе, символизирует, что он родился — пора садить семена. А когда оно исчезает, он умер — время сбора урожая. Затем он возвращается, и снова пора сажать. Это простой способ запомнить, когда у вас нет книг. Но когда люди перестали нуждаться в рассказах, они продолжали рассказывать их потому, что они им понравились. И в некоторых случаях они приобретали другой, более духовный смысл.
— Разве не могут некоторые из этих историй быть правдой? — спросил Фанни.