Если Ник прав, и мистер Денкне играет в какую-то сложную игру, то, если он станет его руководителем, пусть и весьма компетентным, он сослужит Бриллу не самую лучшую службу. У него наверняка будут все ответы, которые Брилл только захочет получить, но они будут иметь ограниченную ценность, если Денкне продолжит выдавать только ложную и вводящую в заблуждение информацию.
— Это хорошо, — сказал Ник. — К нему стоит держаться поближе. Какими бы ни были его причины вести себя так несговорчиво, способы получить от него правду всё равно есть. Мы сможем управиться с ним.
Несмотря на серьёзные сомнения в возможности управиться с магом Королевского колледжа, слова Ника укрепили уверенность Брилла. Даже без какой бы то ни было помощи с его стороны он сможет представить замечательную презентацию. Заполучить Денкне в качестве руководителя можно было чисто ради улучшения своих перспектив, и по-прежнему оставалась возможность добиться правды. Предполагая, что он справится с ситуацией в свою пользу.
— А ты, думаю, будешь у Кромнима? — спросил Ник у Даво.
— Как всегда самоуверенно. Но ты прав.
Это было ожидаемо: мистер Кромним преподавал экономический анализ, и он хорошо подходил для кого-то вроде Даво.
Ник, до сих пор с руками в карманах, направился в свою комнату.
— Полагаю, мне лучше написать своё предложение. Как только придумаю его.
Остальные пробормотали своё согласие и разошлись по своим комнатам. Кто-нибудь всерьёз поверил, что Ник ещё не определился с тем, что собирается выдвинуть в качестве своего центрального тезиса? Брилл был целиком и полностью уверен, что да.
У Брилла был вопрос, который он не задал, хотя он так и вертелся на языке: почему они должны были бороться с такой серьёзной угрозой?
Пусть Ник и был очень умным и способным мальчиком, он всё же был мальчиком. Должны же быть гораздо более подходящие люди, которые могут гораздо лучше справиться с проблемами такого рода.
Брилл сидел на маленькой кровати в комнате в четверть размера его спальни дома и размышлял над этим вопросом.
Ник был в центре всего, что происходило. Прибытие мага, агенты Секретной службы, Архимаг, появившийся на спине самого сильного дракона в Ранваре… Всё это указывало на то, что этот умный мальчик с лучшими оценками был не просто дико авантюрным оппортунистом, который хочет сделать себе имя. Это совсем не соответствовало его профилю.
Все отступали, давая Нику пространство, чтобы тот вызвал неприятности. Они использовали его в качестве приманки.
По какой-то причине демон выбрал его в качестве своей цели. Это делало Ника крайне ценным. Брилл не думал, что власть имущие будут мешать проведению каких-либо встреч; они, вероятно, будут подстрекать его — первого демона, появившегося за тысячу лет.
Они будут ждать и смотреть.
А что будет делать Ник? Просто позволит себе стать жертвой ради большего блага? Это казалось маловероятным. Он пытался подготовиться. Он не мог избежать риска, но мог бы, возможно, использовать демона себе в пользу. Демонов можно было связать. Собственные знания Брилла о демонах были ограничены сборниками рассказов и старыми мифами, но он знал, что они уязвимы для острого разума. И у Ника, конечно, был такой.
Но он был всего лишь мальчиком, а Брилл хорошо помнил старые истории. Люди, которые были магами только по титулу, привлечённые запахом силы, словно голодные животные, тянущиеся к запаху крови, пришли, чтобы связать демонов своими желаниями. Пришли с книгами инструкций, очищенным арканумом и жаровнями, на которых будут сжигать его. Однако они обнаружили, что силу получить не так уж и просто. А то, что получить удалось, им не принадлежало. Демон пришёл, когда они позвали его, но он не был связан, и когда люди отказались сдаться, он подчинил их всех.
Эту историю, «Притчу о первых потерпевших неудачу магах», рассказывали всем детям. Она была напоминанием, что, когда вы охотитесь, дабы утолить свой голод, ваша жертва также голодна.
Брилл лежал в своей кровати, не в силах уснуть, думая о том, чего позволит добиться подчинившийся демон. Он также осознал своё желание участвовать в этом опасном начинании. Каким бы ни был итог, он вряд ли что-нибудь выиграет — не напрямую, по крайней мере.
Но он не мог отрицать своего желания быть участником. Просто быть рядом, пусть и в роли наблюдателя. Возможно, он недооценивает опасность и ещё пожалеет, что любопытство взяло над ним вверх, но весьма сомнительно, что ему представится ещё одна такая возможность.
Он был удивлён, когда ему разрешили переехать в коттедж к трём мальчикам, чьё присутствие, как он знал, весьма досаждало его отцу. Он ожидал споров и решительного неодобрения этой идеи. Немедленное отклонение просьбы не удивило бы его. Но заготовленные контраргументы оказались не нужны: разрешение было получено без дознания, которого он ожидал.