Из-под стола со скрипом выдвинулся стул, и все четверо прекратили делать то, что делали — в том числе и задыхаться, — глядя, как Диззи села в конце их маленького стола. У неё был поднос с обедом, в основном состоящим из оливок. Это было странно, подумал Ник, поскольку оливок в меню не было.
Они ждали, что она что-нибудь скажет, но она даже не взглянула на них. Она просто начала есть.
— Как думаете, она случайно села не за тот стол? — сказал Фанни, слегка хрипя. Его лицо покраснело во время задыхания, и до сих пор сохраняло этот цвет.
— Она ничего не делает случайно, — ответил Ник.
Возникла небольшая задержка перед тем, как Диззи пронзила очередную оливку вилкой, но иной реакции не было. Другие обедающие, замечая нового члена углового стола, начали на них коситься.
— Ты привлекаешь много внимания, — сказал Ник.
— Я? — сказала Диззи, не поднимая глаз. — Неужели тебе неудобно, когда люди смотрят на тебя?
— Люди всегда смотрят на меня, — сказал Ник. — Теперь они смотрят и на тебя.
Брилл встал со своего места, взял поднос и обошёл Ника, чтобы снова сесть по другую руку.
— Никогда не находись между пистолетом и его мишенью.
— Мудрые слова, — сказал Даво.
— В самом деле? Спасибо.
— Совершенно очевидно, — сказал Даво, — но неоспоримо.
— Ты даже этого не можешь мне уступить, да? — сказал Брилл, слегка поникнув.
— Чьего одобрения ты на самом деле ищешь? — спросил Фанни, наклоняясь к Бриллу. — Это ведь твой отец, да? Потребность в любви отца часто приводит к тому, что единственный ребенок начинает вести себя безрассудно.
Даво кашлянул. Фанни посмотрел на него, а затем покраснел ещё сильнее. Он медленно повернул голову в сторону Диззи, которая теперь смотрела вверх. На него. Интенсивно.
— Я говорил не о… Я имею в виду, что его отец — директор, и когда твой отец занимает руководящий пост, часто бывает… Я имею в виду не твоего отца, я имею в виду всех наших отцов, ну, не все из них, но, э-э-э… Макароны немного недоваренные, тебе не кажется?
— Я не ем макароны, — медленно сказала Диззи. На её тарелке их и в самом деле не было.
— Нет? — сказал Фанни, обрадованный смене темы. — Тебя от них пучит?
Даво трясся, пытаясь сдержать свой смех. Жаром от лица Фанни можно было растапливать кузнечную печь.
Диззи повернула голову, чтобы посмотреть на Ника.
— Ты водишься со странными людьми.
Ник смотрел мимо неё.
— Как и ты.
В дальнем конце зала стояли два высоких мальчика, которые никогда не отходили слишком далеко от Диззи; их взгляды были прикованы к столу Ника с тех самых пор, как Диззи села за него.
Сильное воспоминание о том, что они сделали с Мэллори, ударило его. Мэллори, который не вернулся в этом семестре.
— Если я увижу любого из них рядом с моими друзьями, я заставлю тебя ответить за это, — обратился Ник к Диззи.
Диззи вздрогнула, ошеломлённая изменением поведения Ника.
— Я не контролирую то, что делают люди вокруг меня.
— Тогда, возможно, тебе следует, — сказал Ник, не отрывая от неё глаз.
— Не будь смешным, — сказала Диззи, уводя взгляд в сторону. — Я пришла сюда только для того, чтобы согласовать наши расписания. Поскольку у нас один и тот же руководитель, возможно, мы должны встретиться, чтобы согласовать наши презентации. Не хотелось бы охватывать одну и ту же тему.
— Разве ты не смогла догадаться, что я собираюсь делать? — спросил Ник.
— Мне не хочется делать предположения, — сказала Диззи. — Может нам встретиться в библиотеке? Я знаю, что по какой-то причине у тебя есть личная комната.
— Нет, — сказал Ник. — Мы не встретимся, и мы ничего не будем согласовывать. По какой-то причине министерство твоего отца, армия Ранвара и Королевский колледж решили, что я представляю некоторый интерес. Я им нужен. Ты им не нужна. Пока я временно привлекаю их внимание, я могу попросить их помочь мне в устранении любых раздражителей. — Его взгляд вернулся к близнецам. — Если вы или ваши друзья продолжите приставать ко мне, я воззову к их любезности, и я уверен, что моя просьба будет удовлетворена. Продолжайте в том же духе, мисс Делкруа. Притворяйтесь, что меня не существует. Это не должно быть слишком сложно для вас.
Диззи ничего не сказала, никак не реагировала и не разозлилась. Она доела оставшиеся оливки, одну за другой. Ник смотрел, вспоминая, как она хватала оливки с тарелки, когда они были детьми. Никого не спрашивая, не нуждаясь в просьбах. Затем она встала и, забрав поднос, ушла.