— Спасибо, — Ник взял стопку и пошёл к ближайшему столу. За ним никто не сидел, но он всё ещё ощущал необычность того, что сидит в таком месте. Он начал заполнять формы.
Он был знаком с вопросами и правильным способом ответить на них. Ему пришлось пройти через аналогичный процесс в Либрариуме. В большинстве библиотек требовалась какая-то регистрация, но ни в одной из них не было настолько сложной и подробной, как в Либрариуме. Впрочем, школьная библиотека Ренсома была очень близка к этому.
Нику потребовалось менее пяти минут, чтобы заполнить бумаги. Знание того, какие вопросы не применялись к нему, помогло сократить время, хотя он старался написать «неприменимо» в поле для ответа, нежели оставлять его пустым. Усвоение этого урока было очень трудным: неправильно заполненные формы требовалось заполнять заново с нуля. Он взял бумаги и направился обратно к библиотекарше, которая наблюдала за всем процессом, приоткрыв рот. Она закрыла его.
— Не хватает страницы, — сказал Ник. — Думаю, 21b, — он быстро пролистал страницы. — Точно, видите?
Она наклонилась вперёд, чтобы проверить.
— О, верно. Извините, — она снова нагнулась и почти сразу вернулась с отсутствующей страницей.
Нику пришло в голову, что она могла умышленно не выдать эту страницу, но с какой целью? Он не видел иной очевидной причины, кроме злобы, но библиотекари, по его опыту, не занимаются подобными делами. Это был довольно необычный библиотекарь. Для начала, она, похоже, управляла всей библиотекой одна. Ник не видел ни одного другого сотрудника библиотеки с момента его первого визита, а провёл он здесь немало времени.
Он быстро заполнил недостающую страницу и вернул её.
— Мне нужно их проверить.
— Я возьму временный билет, пока вы этим занимаетесь, — сказал Ник, кивнув. Пройдя через этот процесс множество раз, он точно знал, на что имеет право.
Рот библиотекарши слегка сжался. Она снова наклонилась, на этот раз в сторону. Ник спокойно ждал. В пустой библиотеке раздался громкий звон. Она вернулась, держа металлический читательский билет. Он не был временным.
— Можете взять его прямо сейчас. Я сомневаюсь, что будут ошибки. Хотя, если они будут, я заберу его.
Ник взял билет и осмотрел его. На нём было выбито его имя. Она сделала его очень быстро. Ник был знаком с прессом, используемым для изготовления этих билетов, и это был довольно утомительный процесс выстраивания букв с помощью пинцета. Библиотекарше на это потребовалось меньше минуты.
— Спасибо, — сказал Ник, прилагая все усилия, чтобы его не посчитали нарушителем спокойствия. Библиотекарям не нравились нарушители спокойствия. — Я обещаю заботиться о взятых книгах.
— О, вам не разрешено выносить книги из библиотеки.
Ник был неприятно удивлён. У него же был читательский билет.
— Почему не могу? — спросил он. Здесь был какой-то испытательный срок?
— Все учащиеся обязаны использовать библиотечные книги в библиотеке. Такова школьная политика.
— Тогда для чего нужен билет? — он указал на него.
— Просто символ.
Ник не был конфликтным человеком. Он любил учиться в тишине, и вступление в конфликты с другими затрудняло это. Но также он знал свои права и старался их защищать.
— У вас есть копия устава библиотек? — спросил он библиотекаршу.
— Конечно, есть несколько, — она посмотрела на него поверх своих очков.
— Раздел шесть, пункт 1а?
Тёмное облачко образовалось над бровями библиотекарши. Ник знал немного о многих вещах и более или менее всё о библиотечной системе Ранвара. Страна гордилась своими библиотеками, они были более распространены, чем церкви, и, как поговаривают некоторые, были более почитаемы. Со времён правления Ренсома I в конституции было записано, что любой может стать членом любой публичной библиотеки и иметь членский билет, который даёт право брать книги из этой библиотеки. Любая книга, помеченная как «только для чтения в библиотеке», должна иметь второй экземпляр для выдачи на руки. Даже Либрариум следовал этому закону.
Эта библиотека не была публичной, но Ник был её членом. У него был билет. Он имел право брать книги на руки, пока возвращал их в положенное время.
Конечно, поздние возвраты вызывали сильное недовольство. Штрафы были серьёзными: можно было потерять членство, если опоздать или небрежно относиться к книгам. Существовал даже особый отдел, который взыскивал просроченные книги. Никто не хотел идти против Коллекторского агентства. Их агенты обладали полномочиями, которым завидовала Национальная гвардия, а их собаки были натренированы на поиск книг. Некоторые находили это забавным, пока огромные мастифы не врывались в их дома, разрывая обивку их мебели в клочья. К книгам в Ранваре относились со всей серьёзностью. И правила соблюдались неукоснительно.