— Хотел бы я увидеть то, что видели ваши глаза, — искренне сказал Теннер. — Я давно мечтал увидеть истину этого мира.
— Этого ты хочешь, дитя? Сомневаюсь, что тебе понравится то, что ты увидишь. Истина этого мира заключается в том, что он — гигантские ясли, где младенцы дерутся из-за игрушек. Мало на что стоит посмотреть, и нет ничего, на что можно посмотреть более раза. Я закрыла эту дверь давным-давно, когда поняла, что открывшийся через неё вид не важнее картинки в книге; и с тем же назначением: чтобы посмотреть и затем забыть, а тени напоминают тебе о том, чего тебе уже не достичь.
— Есть другая дверь, которую я жажду открыть. Дверь, которая отказывается открыться даже на небольшую щёлку. Эта дверь гораздо привлекательней, но она тяжела и прочно закрыта. Почему она не открывается? Почему у меня есть вход, в который я не могу пройти? Почему?
В отчаянии её голова болталась из стороны в сторону.
Теннер наклонился вперёд, его щека почти касалась её.
— Расскажите мне об этой двери, — сказал он с большой страстью. — Если это в моих силах, я помогу вам открыть её. Возможно, мы вместе сумеем найти ключ.
— Ха! — закричала девушка. — Нет ключа. В нём нет нужды. Дверь распахивается с малейшего толчка, или так должно быть. Джуния мешает мне. Джуния не даёт мне открыть дверь. Слишком долго я носила её, запуталась в ней, как в обёрнутом вокруг меня мотке пряжи, и забыла, что значит быть свободной. Я буду лежать, как больная собака, и больше не встану. Я принимаю свою судьбу.
— Нет! — вскричал Теннер, поразив охранников и заставив их чувствовать себя неуютно. Он снова понизил голос. — Старая Мать, не сдавайся. Я могу помочь вам.
— Помочь мне? — она засмеялась, но её горло было сухим, и звуки, которые она издала, прерывались, сформированные наполовину. — Что может сделать волшебник, чего не смогу сделать я? Какой силой ты обладаешь, когда верх — это низ, а низ — это верх?
Он почувствовал сдвиг в мире, силу в её словах, перестраивающую реальность. Охранники позади него удивлённо вскрикнули, когда они упали вверх к потолку, громко рухнув, как будто свалились с большой высоты.
Теннер заставил себя отказаться от вызова. Он отрицал то, что казалось таким очевидным. Низ не был верхом, каким бесспорным бы этот факт ни казался. Его пробил пот, всё его тело под кожей пылало, словно от лихорадки.
— Ты борешься с правдой, дитя, — сказала она, может быть, немного впечатлённая. — Ты хорошо борешься, для человека. Но борешься ни за что.
— Не теряйте веру, Старая Мать, — сказал Теннер сквозь дрожащие губы. Его тело трещало, словно его ломали изнутри, но он всё ещё отказывался верить. Его вера испытывалась до предела, пот лился ручьём, напряжение на него усиливалось, пока не выступили все мышцы. В ушах раздавался гром, словно Смерть ступала к нему. — Пока дверь существует, её можно открыть.
Мир успокоился или, по крайней мере, так произошло для Теннера. Раздались два громких удара, когда охранники упали на землю, неподвижные и безжизненные. Они не были ранены, а на их лицах было большое смятение. Теннер снова легко задышал, его грудь поднималась и опускалась, чтобы быстро восстановить воздух, который он потерял. Он достал носовой платок и вытер пот со лба.
— Возможно, ты сможешь помочь старой женщине, Ламворт.
Теннер поднял голову, вытирая лицо платком. Её внешность стала ещё более молодой, ещё более красивой. Казалось, что она не висела у стены, а словно стена была украшением, которое она носила.
— Я думаю, что смогу, — сказал он, — но нужно, чтобы вы сначала кое-что сделали для меня.
— И какую же услугу ты от меня хочешь? — она снова насмешливо улыбнулась.
Теннер сложил носовой платок и убрал его.
— Мне нужно, чтобы вы умерли.
Принц Ранад был очень зол. Он сидел за обеденным столом перед очередным салатом. Он в частном порядке поговорил с шеф-поваром и ясно дал понять о своих ожиданиях от ужина. Он принял во внимание вмешательство своей жены и устроил приготовление салата-приманки. Настоящая еда будет доставлена??с помощью хитростей и уловок. Лучшие агенты Секретной службы поступили в распоряжение шеф-повара для обеспечения быстрой и успешной доставки настоящей еды, кодовое название операции — «Серебряная ложка». И всё же единственным поставленным блюдом был салат. Его жена что, проникла в Секретную службу? Такого раньше никогда не было, но он думал, что она вполне на такое способна.
Какой смысл быть самым могущественным человеком Ранвара, если он даже не может заказать себе стейк, когда этого захочет? Может, его остальные указы исполняли с такой же некомпетентностью?