— Это… «неурезанная» версия. Единственная копия, о которой я знаю, так что я сомневаюсь, что ты её читал.
Виннум Роке, первая женщина-архимаг, также была тоже-реном. Её автобиография была очень интересна как исторические записи о том, какой была жизнь тысячу лет, но не была особенно актуальна для предстоящих экзаменов.
— Не думаю, что она есть в учебном плане, — сказал он, протягивая книгу обратно.
Библиотекарша пристально посмотрела на него поверх очков, и он медленно забрал книгу обратно.
— Иногда лучшее решение проблемы можно найти, если подойти к ней с новой стороны. Можешь оставить книгу в комнате мистера Теннера, когда закончишь читать.
Она взяла несколько книг со стола — откуда-то она знала, какие из них ему больше не нужны — и ушла.
Ник прочитал первые несколько страниц автобиографии. Прочитанное не слишком отличалось от того, что он читал раньше. Так было поначалу. Затем он начал замечать детали, которые раньше не видел. Очень личные подробности о её семейной жизни. И гораздо больше специфичной информации о её школьных годах.
Прежде чем он осознал, он с головой погрузился в книгу, а учёба была позабыта. Остальная часть библиотеки была тёмной и пустой, но он сидел под единственной горящей лампой и читал. Он начал понимать, что Ренсом никогда не примет его, если он продолжит двигаться по текущему пути.
Несмотря на то, что он прочёл всю книгу за один присест, он хотел оставить её у себя для справки. Он быстро развил привязанность как к архимагу Роке, так и к самой книге с её скромным, непритязательным внешним видом.
Он тщательно изучил библиотеку и ни разу не видел эту книгу на какой-либо полке, так что она, вероятно, хранилась где-то отдельно в безопасном месте. Вероятно, с другими книгами подобных «неурезанных» версий.
Виннум Роке в первую очередь была демонологом; и, хотя она писала хорошо известные тексты по этой теме, в её биографии были какие-то необычные отсылки к демонологии, которые Ник никогда не встречал прежде. Её увлечение другим измерением и его обитателям началось в очень юном возрасте.
Это напомнило Нику о преданности мистера Теннера тому, что большинство людей считало архаичной темой.
Он подошёл к комнате мистера Теннера, как предложила ему библиотекарша, и оставил книгу на угловом столике под несколькими другими книгами.
Было очень поздно, и он собирался оставить биографию Роке и отправиться домой, но увлёкся изучением исследовательских материалов Теннера. Вокруг лежали стопки листов, исписанных мелким аккуратным почерком, а также множество томов. Тома о демонологии, аркануме — и книга сказок, которая казалась тут совершенно неуместной. «Сказания мифа и легенды» Винке Мунро рассказывали о монстрах и храбрых магах. Ник сел и прочитал книгу от корки до корки.
Довольно скоро он начал листать одну книгу за другой. Он читал заметки и делал перекрёстные ссылки с книгами, сложенными на столе, и вскоре начал проявляться шаблон. Мистер Теннер что-то искал. Что-то очень специфическое. Ник заметил только потому, что Виннум Роке провела большую часть жизни, ища то же самое. И преуспела.
Под записями мистера Теннера Ник написал «Дана-лонг» и подчеркнул написанное. Он запер дверь и вышел из библиотеки.
На следующий день на уроке военной истории Ник, как обычно, сидел сзади, а мистер Варити читал им лекцию об опасности чрезмерного растяжения сил при доминирующем положении.
— Баланс между надёжной защитой и подавляющим наступлением очень тонок. Полковник Брэттнис вырвал поражение из челюстей победы, продемонстрировав отсутствие терпения. Это обычное явление среди великих военных умов — верить в судьбу и предназначение или в то, что сверхъестественные силы помогают им достичь величия. Однако именно люди на поле брани решают исход сражения, а не надежды и мечты стариков. Кто может привести ещё один пример высокомерия, аналогичный таковому в битве при Келеми? Мистер Чисул?
Сидящий спереди мальчик нервно встал. По одному только неохотному языку его тела Ник мог сказать, что Чисул — худой светловолосый мальчик, который льстил парням посерьёзней — не был уверен в своих знаниях о битвах доарканумного периода.
— Маршрут Гроффа?
— Да, — удивился мистер Варити. — Вы правы. Хорошо.
Догадка чистой воды. Технически ответ был правильным, поскольку это касалось самоуверенных действий ранварского офицера, но в них было больше некомпетентности, а не высокомерия. Это была самая известная битва того периода, и Ник был уверен, что Чисул назвал её наугад, не зная, что же произошло в одном из самых позорных событий в истории Ранвара.