Им плевать — это муниципалитет, монумент великому ученому или детский сад. Для самосбора всё — ресурс, и точка. Если в этот момент к возникающей опорной базе успевали подтянуться планетарные войска — противостояние в большинстве случаев заканчивалось победой кармаренцев и конфедератов над бездушными машинами. Раздолбать харвестеры из танковых орудий, с помощью роя управляемых ракет или группы диверсантов подорвать турели и добить обогатители — это было вполне реально. В первые часы.
Однако, если время было упущено — с орбиты падали новые контейнеры, которые разворачивались в танковые, авиационные, пехотные цехи, из которых через равные промежутки времени появлялись военные юниты — черные скафандры, «тушки» малых ОБЧР-ов, диковинные квадрокоптеры, вооруженные ракетами и бомбами, и черт знает что еще — пока ни один самосбор на Кармарене дальше квадрокоптеров не развился.
— Гребаный Command Conquer! — выпалил Гай и треснул кулаком по приборной панели.
— Что? — оглянулась на него Эби.
— Говорю, это сраная RTS! Или у меня едет крыша, или у кого-то она уже съехала и он продолжает играть в компьютерные игры в реальном мире!
— В моем мире, Гай. Мы должны помочь Мадзинге и Заморро, и вывезти маму в безопасное место…
Маму! У Эбигайль была мама! Кормак почувствовал, как у него краснеют уши — он ни разу не спросил девушку о родителях, ему почему-то казалось, что у нее из родственников только Крюгер и два абордажника, а оно вон как обернулось! Ну да… Перспектива встречи с матерью Эбигайль его смущала и нервировала гораздо больше, чем возможное столкновение со всей долбанной самосборной армией мехов.
— Как всегда — люди готовились к прошлой войне, — сказал Джипси. — Ну, то есть ракетницы и тяжелые «гауссы» всё еще актуальны, даже против дурацких скафандров, но штурм базы — это штурм базы. Одно дело — выловить одинокого ОБЧР-а, а другое…
— Давай, канонир. Конкретные предложения по облегчению участи жителей Тандерделла и осложнению жизни местного самосбора.
— Смотри, что прислал Заморро… Они там создали отличный рубеж обороны в черте города, размещают беженцев, и разносят атакующие отряды роботов в пух и прах — но в наступление перейти не могут. И выделить мангруппы для атаки харвестеров — тоже сил у них нет.
На тактической карте появился вид Тандерделла сверху. Крупный город на четыреста тысяч человек, раскинувшийся в горной долине по обеим берегам бурной речки. Три моста — капитальные рокритовые постройки, которые сложно было прошибить даже тактическими ракетами, и они по-прежнему оставались связующими части города артериями, по которым и пытались наступать войска самосбора.
— Обороной руководит капитан Ковальски, у него там неполный батальон конфедератских штурмовиков и местное ополчение. Местные в основном сидят в домах вдоль берега реки и караулят квадрокоптеры, роняют их в реку с помощью ЗРК и станковых лазеров. А конфедераты уже воюют на переднем краю — оборудовали рубежи в примостовых кварталах, и жгут из подвалов и бункеров мехов. Атаки следует одна за одной, каждые шесть часов…
Гай задумался, что-то вспоминая:
— И состав отрядов примерно одинаковый, да? Несколько мехов, двадцать-тридцать скафандров, сверху их прикрывает три-четыре ударных коптера, так?
— Так. Расшатывают оборону, говорю же — волна за волной. Постепенно выбивают защитников, разрушают укрепления — ну и дохнут, конечно.
— А конфедераты?
— А конфедераты повесили на орбите флот и лупят по координатам из турболазеров — на открытие гипера. Та партия контейнеров, которую мы засекли в верхних слоях атмосферы была предпоследней. Пять крейсеров — это пять крейсеров. Закрыли околопланетное пространство наглухо. По поверхности ударов не наносят — самосбор разворачивается в черте крупных городов, сволочь такая…