Звери заткнули уши, прислушались и через короткое время заметно приуныли: в голове действительно раздавался отчётливый шум, похожий на топот множества маленьких лапок.
— Ага, — важно подтвердил таракан. — Бегают. Для вас стараются. А вы убивать лезете...
Звери молча устыдились. Слон возмущённо пихнул льва в спину так, что бедняга впечатался в тумбу и тихо застонал.
— Значит, отныне за каждое убийство таракана будем на сутки отключать разум. Кроме того, с завтрашнего утра будете отдавать старый долг, — уставил лапку в толпу таракан. — Во-первых, будете снабжать нас отборной пищей. Складывать продукты будете здесь, в дворике за подворотней. Во-вторых, в старом складе мы организуем платную школу для воспитания ваших детей в духе благодарности тараканьей расе. Явка стопроцентна и обязательна. В-третьих...
Чего ещё хотели тараканы, так и осталось неизвестным, потому что в этот момент на тумбу спикировал воробей и мгновенно склевал маленького усача.
По колонне животных пронёсся вздох ужаса. Каждый быстро зажал уши и прислушался.
— Бегают, — с блаженным видом протянул через полминуты слон и по-дружески толкнул льва в плечо. Тот взвыл и быстро отбежал на несколько шагов.
— Как же ты не побоялся-то? — дрожащим голосом поинтересовался один из медведей-велосипедистов.
Воробей приоткрыл клюв и во все глаза уставился на него.
— Чив-чиво-о?! — чивикнул он ошалело.
— Но ведь тараканы — хранители нашего разума! Они могли лишить тебя...
— Болван, — отрезал воробей и выдернул из крылышка пушинку. — Тараканы — еда.
— Но мы думали...
— По-моему, вы слишком много думаете.
Воробей наскоро почистил клюв о тумбу и улетел.
Паруса
... вдруг случайный переход взгляда от одной крыши к другой открыл ей на синей морской щели уличного пространства белый корабль с алыми парусами. Она вздрогнула, откинулась, замерла; потом резко вскочила с головокружительно падающим сердцем, вспыхнув неудержимыми слезами вдохновенного потрясения. "Секрет" в это время огибал небольшой мыс, держась к берегу углом левого борта; негромкая музыка лилась в голубом дне с белой палубы под огнем алого шелка. И никто из команды не обращал внимания на две фигуры в тёмных плащах, почти неразличимые на каменистой поверхности мыса.
* * *
Не помня, как оставила дом, Ассоль бежала уже к морю, подхваченная неодолимым ветром события; на первом углу она остановилась почти без сил; ее ноги подкашивались, дыхание срывалось и гасло, сознание держалось на волоске. Временами то крыша, то забор скрывали от нее алые паруса; тогда, боясь, не исчезли ли они, как простой призрак, она торопилась миновать мучительное препятствие и, снова увидев корабль, останавливалась облегченно вздохнуть.
* * *
— Всё-таки я хорошо воспитала Артура. — Взволнованный женский голос был еле слышен: ветер, резвящийся над мысом, подхватывал звуки и швырял их вниз, прямо в недовольно рокочущее море. — Он всегда держит слово. Даже если считает, что совершает глупость.
Стоящий рядом мужчина с грубым обветренным лицом кивнул:
— Разумеется, леди Лилиан. Наш капитан настоящий джентльмен. Ваша последняя размолвка по поводу женитьбы на мисс Вейль очень мучает его — не меньше, чем вас. Если позволите высказать своё мнение на правах давнего знакомого — я тоже не сказал бы, что сэр Артур и мадемуазель Патрисия могут составить идеальную пару. И сэр Лионель, мир его душе, недолюбливал эту семейку — он считал, что отец слишком разбаловал девочку.
— Знаю, милый Фрэз, — вздохнула женщина. — Но ведь Артур уже не мальчик, ему пора обзаводиться семьёй, а Пат всё-таки одна из самых богатых невест Лисса. Мало кто обладает таким влиянием в здешних местах, как старый Вейль. Я всего лишь хотела добра своему сыну.
* * *
Тем временем в Каперне происходило всеобщее замешательство и волнение. Большой корабль ещё только заходил в бухту, а мужчины, женщины, дети уже мчались впопыхах к берегу, кто в чем был; жители перекликались со двора в двор, наскакивали друг на друга, вопили и падали; скоро у воды образовалась толпа.
Матросы быстро вытянули на берег сходню, и Грэй двинулся по ней, держась за поручни: бледный, непривычно серьёзный. При виде капитана "Секрета" толпа радостно взревела, в воздух полетели шапки.