"Жаль, что нельзя соединять элементы прямыми участками, так собирать было бы проще всего", — подумал Кай отрешённо. — "А почему это нельзя?" — непривычная мысль, похожая на подсказку, отчётливо прозвучала в голове. От неожиданности мальчик выронил ледяной фрагмент и еле успел подхватить его другой рукой. Краем глаза Королева опять уловила неположенное движение.
— Не отвлекайся, — спокойно приказала она, не отрываясь от книги.
Кай послушно склонился над перемешанными кусочками, однако необычное ощущение не проходило. Он рассеянно передвигал ледышки, ощущая, как давнее воспоминание настойчиво пробирается сквозь правильные и логичные размышления. В голове всё чётче звучал низкий мужской голос: "Очень часто, чтобы решить задачу, надо выйти за пределы плоскости, которая ограничивает ваше сознание..." Холодный звон перебил предложение на полуслове, голос расплылся и начал исчезать. Кай закрыл глаза, сцепил зубы и изо всех сил попытался сосредоточиться на ускользающем бормотании. "...и увидеть правильное решение...", — опять загудело в ушах. Паульссен. Морж-Паульссен, лысый и усатый математик, который всегда ставил высшую оценку за оригинальный ответ. Кай часто зарабатывал отличные отметки, в отличие от своей соседки по парте... как же её звали?..
Раздражающий шум тут же усилился. Мальчик сердито тряхнул головой и с ожесточением соединил два элемента ровными сторонами.
Прошло несколько часов. Десятки фрагментов постепенно сложились в смутно знакомую фигуру с закруглённым низом, очертаниями напоминавшую треугольник с волнистыми сторонами. Он наморщил лоб, пытаясь вспомнить, где видел такие контуры, но жужжание в мозгу опять стало нестерпимым и чуть стихло лишь когда он вернулся к задаче Королевы.
Оставшиеся куски льда, во множестве рассыпанные вокруг, ждали своей участи, и мальчик начал внимательно их рассматривать. Только сейчас Кай заметил, что бугорки и ямки на частях головоломки, которые, как он считал до этого, были всего лишь рельефными украшениями, на самом деле составляют поверхность разлома. Сверху должен быть ещё слой — возможно, даже не один.
Поднимая с пола очередной элемент, Кай почувствовал, что руки начинают замерзать: по-видимому, мощное заклинание, сделавшее его тело нечувствительным к холоду, слегка ослабело. Морозный гул по-прежнему давил изнутри, но мальчик уже не мог остановиться и продолжал азартно перебирать оставшиеся фрагменты. Плоские грани ледяных брусков слипались вместе с удивительной лёгкостью; швы словно заплывали сами собой, когда очередная фигурка ложилась на своё место. Вот уже почти закончен третий слой. Кай повернул последний брусок вокруг оси и бережно приложил его к щербине в верхней части. Задача решена.
И — ничего. Только изнуряющий гул почти умолк, переместился куда-то на задворки сознания. Мальчик непроизвольно поёжился и обнял себя за плечи.
Сзади раздался громкий стук, почти сразу же что-то хрупнуло. Кай оглянулся — и не поверил своим глазам: Снежная Королева, сама аккуратность, уронила драгоценную книгу на камни пола и в замешательстве наступила на изящно украшенные страницы. Ничего не замечая вокруг, она быстро двинулась к площадке, на которой стоял мальчик.
Огромная фигура Королевы склонилась над возвышением из опала, где под лучами полярного солнца, пронзающими хрустальный потолок, искрилось большое ледяное сердце. Кай с удивлением отметил, что её красивые белые пальцы чуть заметно подрагивают. Хозяйка дворца присела, подняла собранную головоломку и медленно поднесла её к глазам. Сначала мальчику показалось, что Королева начала погружаться в прозрачную толщу пола, но нет — она всего лишь понемногу убывала в росте и через минуту уже сравнялась с Каем. Не отрывая глаз от небольшого куска льда в своих ладонях, она поднесла его к груди и с силой прижала к себе.
Поначалу ничего не произошло. А затем Кай увидел, как щёки Снежной Королевы порозовели, и она — впервые на его памяти — сделала глубокий вдох и медленно, недоверчиво выдохнула.
Потом она повернулась к мальчику и широко улыбнулась. Голубые глаза женщины, всегда пугавшие Кая своим отстранённым выражением, теперь глядели тепло и приветливо.
Только сейчас Кай понял, как он замёрз, и застучал зубами.
— А как же "вечность"? — спросил он невпопад, только чтобы не молчать.
— Вечность? Да пропади она пропадом, эта вечность! — весело фыркнула бывшая властительница зимы. Подойдя к мальчику, она сняла с себя длинную песцовую накидку и накинула ему на плечи. — Слушай, ты верхом на оленях когда-нибудь ездил?