Подойдя к окну, она распахнула створки и вдохнула чистый вечерний воздух. В это время за её спиною в спальне грянул телефон. Она неторопливо прошествовала к аппарату и подняла трубку.
— Говорит Азазелло, — сказали в трубке.
— Милый, милый Азазелло! — нежно проговорила она.
— Ну что ж вы так, — с упрёком произнёс голос, хотя по тону было слышно, что рыжему приятны её слова, —на прошлой неделе опять не крикнули "Невидима!"... Пожалуйста, уж не забудьте в следующий раз.
Она повесила трубку, и тут в соседней комнате что-то зашуршало и стало биться в дверь. Она распахнула ее, и зонтик, закрытый и застёгнутый на пуговицу, влетел в спальню, весело танцуя. Концом своим он выбивал дробь на полу, вертелся и рвался в окно. Мэри чопорно поправила строгий воротник платья, плавно взлетела на подоконник, раскрыла оживившийся зонтик и шагнула вперёд, навстречу тихому английскому вечеру, туда, где уже давно кружился, свистел и приплясывал в нетерпении Восточный Ветер...
Как Слонёнок искал дядю
Первым, кто попался Слонёнку на глаза, был Полосатый Питон, обвившийся вокруг скалистой глыбы.
— Простите, — вежливо обратился к нему Слонёнок, — не видали ли вы в этих краях Самого Сильного Крокодила?
— Не видал ли я Крокодила? — гневно воскликнул Питон. — Что за вопрос?
— Простите, если чем-то обидел вас, — повторил Слонёнок, — но мне сказали, что мой дядя стал обедом Самого Сильного Крокодила.
Питон мгновенно развернулся и начал лупить Слонёнка своим тяжёлым-претяжёлым хвостом (видите, мои маленькие друзья, какими вспыльчивыми бывают те, кому мешают отдыхать на солнышке!).
— Странно! — заметил Слонёнок, поспешно отходя на безопасное расстояние. — Отец, мать и родная тетушка, не говоря уже о дяде гиппопотаме и другом дяде павиане, — все били меня за "неугомонное любопытство". Вероятно, и теперь мне за это же достаётся. А я всего лишь хотел узнать, куда делся мой родной дядя. Он единственный никогда не давал мне тумаков.
— Извини, малыш, с нервами совсем плохо в последнее время... — смутился Питон. — Ну-ка, посмотри на меня внимательно!
Слонёнок с недоумением склонил голову и вытаращился на Питона. Прошла минута. Какая-то смелая Ящерица пробежала между собеседниками. Полосатый Питон проводил её взглядом и вздохнул.
— Ладно, я тебе расскажу. Крокодил не ел твоего дядю. Но всё-таки тебе с дядей не стоит встречаться: он сейчас сам на себя не похож. Лучше всего будет, если ты возвратишься домой. Поверь мне, я тебе только добра желаю...
— Прошу прощения, — перебил его Слонёнок, — но как я могу верить в доброжелательность того, кто бьёт меня без всякой причины?
— Вижу, ты не успокоишься, пока не испытаешь всех неприятностей на собственной шкуре, — раздражённо заметил Питон. — Что ж, пусть будет так. Самый Сильный Крокодил живёт во-он за той излучиной. Только будь осторожен!
Слонёнок вежливо попрощался с Питоном, помог ему опять обвиться вокруг скалистой глыбы и пошел дальше. У самого берега большой серо-зелёной мутной реки Лимпопо он наступил на что-то, показавшееся ему бревном. Однако в действительности это был Крокодил. Да, мои маленькие друзья: в жизни то, что нам кажется бревном, часто оказывается крокодилом (и наоборот). Крокодил подмигнул ему жёлтым глазом.
— Простите, — вежливо сказал Слонёнок, — не случалось ли вам в этих краях встречать Самого Сильного Крокодила?