Мадам Пинс часто сравнивали со стервятником, но Гермиона могла согласиться с этим лишь наполовину. Конечно, мадам Пинс действительно защищала книги с рвением, которое даже Гермиона назвала бы чрезмерным. Но куда больше она ратовала за то, чтобы в её библиотеке всегда соблюдали мёртвую тишину. В этом отношении… ладно, она и правда была стервятником.
Но если кому-то в библиотеке нужна была помощь, чтобы найти что-то особенное, мадам Пинс становилась бесполезной, как панда в брачный период. Она будто бы врастала в стул, её глаза с огромной скоростью бегали по строчкам книги в её руках. Она не была библиотекарем в полном понимании этого слова. Она становилась скорее хранителем физического пространства библиотеки и книг, находящихся в ней.
Гермиона остановилась перед её столом и кашлянула, чтобы привлечь внимание.
Ничего.
— Мадам Пинс, прошу прощения. Не могли бы вы мне помочь?
Ничего. Может, она заснула?
— Мадам Пинс!
Она захлопнула книгу и уставилась на Гермиону убийственным взглядом.
— Что?
— Не могли бы вы подсказать мне, где найти простейшие книги о квиддиче?
Губы мадам Пинс сомкнулись в тонкую линию.
— Разве вы не знаете, где находится квиддичная секция? Почему вы не можете поискать там?
Её бесполезность уже начала раздражать Гермиону и, вернув ей негодующий взгляд, она ответила:
— Я уже искала, но я не нашла ничего достаточно базового. Я ищу что-то вводное в этот вид спорта.
Мадам Пинс сузила глаза и растянула губы в зловещей ухмылке, напомнив Гермионе ведьму из маггловской сказки «Гензель и Гретель». Именно такой Гермиона представляла её, читая эту книгу в детстве.
— Идите за мной, — сказала она с деланным дружелюбием и повела Гермиону мимо Запретной секции в самый дальний угол библиотеки, о существовании которого та и не подозревала.
— Детская секция? — она изумлённо приподняла брови, глядя на старую ведьму. — Серьёзно?
Мадам Пинс снова дьявольски ухмыльнулась. В её исполнении ухмылка, которая так шла Драко, казалась искусственной. Мадам Пинс наклонилась к нижней полке и сунула Гермионе в руки тонкую глянцевую красочную книгу.
Это была книжка-раскраска для детей четырёх-семи лет.
— Может быть, это вам поможет, профессор Грейнджер.
Гермиона нахмурилась. О. Вот же стерва.
Злобная ведьма ждёт, что она смутится? Едва ли Гермиона доставит ей такое удовольствие.
— Спасибо вам огромное, мадам Пинс. Я очень благодарна вам за помощь, — и только улыбнулась.
Она быстро пролистала страницы. Откровенно говоря, это была скорее игрушка, чем книга.
Что ж, подумала Гермиона, подавляя зевок, посмотрим, чему ты меня научишь.
========== Подбивание клиньев ==========
— Профессор Грейнджер! Какая приятная неожиданность — видеть вас на трибунах, — с большим энтузиазмом приветствовал Гермиону профессор Слизнорт.
— Мне захотелось поддержать свой факультет. К тому же мы играем со Слизерином, — улыбнувшись, Гермиона присела рядом с профессором Слизнортом и Невиллом Лонгботтомом, уже несколько лет занимающим пост профессора травологии и декана Гриффиндора.
— Я думал, ты ненавидишь квиддич, Гермиона, — удивился Невилл.
— Я не ненавижу квиддич. Просто не считаю его таким впечатляющим, как все остальные. Но теперь я профессор, и к тому же выпускница Гриффиндора. Мне захотелось вновь ощутить школьный дух соперничества, увидеть победу своего факультета, и вот я здесь.
— Я бы не торопился с выводами, моя дорогая. Победит, несомненно, лучшая команда. И это команда Слизерина.
— Гораций, вы действительно хотите поспорить с двумя гриффиндорцами об их квиддичной команде? — вмешался Невилл.
— Что ж, оставим это, — усмехнулся профессор Слизнорт, — но у Слизерина действительно отличная команда в этом году. Лучший ловец со времён Драко Малфоя.
Гермиона почувствовала, что её уши начинают гореть при упоминании Драко. Кстати, где он? Она оглядела трибуну и с удивлением увидела среди преподавателей немало других спонсоров, пришедших поддержать одну из соперничающих команд. К сожалению, Драко среди них не было.
— Кого-то ищешь, Гермиона? — поинтересовался Невилл.
— Никого, — она быстро развернулась лицом к Невиллу, — просто удивлена, что так много зрителей на трибунах.
— Ни одна игра не привлекает столько внимания, сколько матчи Гриффиндора против Слизерина. Кроме, конечно, финала, — важно кивнул профессор Слизнорт. — И, к слову о болельщиках Слизерина, мистер Малфой, какое счастье видеть вас здесь!
Гермиона быстро обернулась и увидела улыбающегося светловолосого красавца-слизеринца, который энергично пожимал руку профессора Слизнорта. Ей пришлось ущипнуть себя, чтобы перестать на него пялиться.
Она никогда не видела его в столь… обычной одежде. Вместо привычной мантии он надел тёмные джинсы и тёмно-зелёную рубашку, подвернув рукава. Его светлые волосы были так сексуально взъерошены, что Гермиона не могла отделаться от фантазии о том, чтобы сделать это своими собственными руками. И, несмотря на маггловскую одежду, он был похож на слизеринца больше, чем кто-либо когда-либо в её жизни.
Стоит ли говорить, что ей невыносимо хотелось утащить его с матча в свои комнаты, оседлать и заездить до помутнения рассудка.
— Профессор Лонгботтом, — Драко вежливо поздоровался с Невиллом, несмотря на то, что задирал его во время обучения в школе.
— Малфой, — а вот Невилл не горел желанием разговаривать с тем, кто заклинанием связал узлом шнурки на его ботинках, когда им было одиннадцать.
Драко повернулся к Гермионе.
— Профессор Грейнджер. Рад снова видеть вас, — уголки его губ едва заметно приподнялись, в остальном же его лицо являло собой пример слизеринской невозмутимости и светской вежливости.
Однако Гермиона не была в этом столь же хороша. Румянец непроизвольно расцветал на её щеках при звуках голоса этого восхитительного мужчины.
— Мистер Малфой. Не желаете присоединиться к нам?
Драко проигнорировал гримасу, которую Невилл состроил при словах Гермионы, и вежливо принял приглашение.
— Буду рад, — он сел рядом с Гермионой по другую сторону от Невилла.
Когда он опускался на сиденье, она отчётливо ощутила освежающий аромат его одеколона, и волна жара накрыла её тело. Гермиона мысленно добавила ещё пункт в список вещей и черт этого мужчины, оказывающих неизгладимое впечатление на её нижнее бельё. Он сел так близко, что она едва могла заставить себя дышать. И уж наверняка он слышал, как сумасшедше колотится сердце в её груди.
Драко прикусил внутреннюю часть щеки, чтобы сдержать стон, — так сильно он хотел поцеловать её. Она была прелестна в облегающем алом свитере, великолепно подчёркивающем все её достоинства… и поддразнивающем воображение. Устраиваясь рядом с ней, он незаметно поправил брюки, едва возбуждающий запах её духов коснулся его рецепторов, вызывая эрекцию. Её гладкая кожа, казалось, молила о том, чтобы он коснулся её. С чего он вообще взял, что будет отличной идеей прийти вместе на квиддич? Это было их третье свидание, и он до чёртиков хотел её целовать! И не только…
Он, наконец, устроился на скамье и прошептал, чтобы только она его услышала:
— Будь готова к моим колкостям. Когда Слизерин наголову разобьёт Гриффиндор, я буду совершенно невыносим.
— Ты всегда невыносим, — едва заметная улыбка коснулась её губ. — И когда Гриффиндор победит, я отплачу тебе той же монетой.
Драко прикусил губу, чтобы сдержать ответную улыбку на вероломно расплывающихся губах, и хрипло прошептал:
— Буду ждать с нетерпением.
Он чуть отвёл руку, чтобы осторожно коснуться её руки костяшками пальцев, и это невинное прикосновение пустило разряды по его телу.
Гермиона была уверена, что не переживёт этот матч. От звуков сексуального голоса Драко Малфоя и прикосновения его руки она прямо на трибунах едва не растеклась лужицей, словно ведьма из Фиолетовой страны. Когда его пальцы скользнули по её руке, горячие электрические импульсы собрались воедино и толкнулись в низ её живота. Возьми. Себя. В руки. Всё, что он сделал, — коснулся твоей руки, а ты почти получила оргазм.