Намерение представлялось в высшей степени разумным. Действительно, участие в выставке с такой тематикой сразу же могло выявить интерес и спрос потенциальных потребителей. Однако же почти тотчас выяснилось, что недооформленный Потроховым павильон именно по причине недооформленности отдан кому-то другому. Взамен предлагали новый, на взгляд Васильчикова, ничуть не худший, но Потрохову он активно не нравился, главным образом потому, что был отобран первый, им недооформленный. Пока Потрохов выяснял отношения с «беспредельщиками» организаторами, требуя возврата прежнего павильона, прошёл день, после чего дооформляться требовалось уже срочно, иначе пролетали с выставкой окончательно. Возмущённый до глубины души Потрохов, к тому же и разругавшийся с торгово-выставочной бухгалтерией, переложил задачу дооформления на Васильчикова, который с ней справился, несмотря на то, что одной платёжной бумаги по забывчивости Потрохова в наличии не оказалось и пришлось добывать и доставлять её в авральном порядке.
На другой день Потрохов потащил Степана в «Икею», где предполагал купить подходящий для экспозиции кирпичей стеллаж.
Подходящий стеллаж они увидели почти сразу, но после его придирчивого разглядывания и ощупывания Потрохов ещё часа три бродил по огромному магазину, ничего не ища, но почти всё столь же придирчиво рассматривая и ощупывая. При этом занятии он что-то глубокомысленно урчал себе под нос, взвешивал, прикидывал, рассчитывал, вскидывая поверх очков то вопросительные, то недоумевающие глаза, но что он вопрошал и чему удивлялся — изнывшему от томительного хождения Степану так и осталось неведомым.
Осмотренный стеллаж они (начальник решил вдруг не торопиться) в тот день не купили, зато на обратном пути Потрохов завёз Степана к себе «на фатеру», где Степан получил ещё одно потрясение, гораздо даже большее, чем от мучительного пребывания в «Икее».
По дороге домой он невольно думал, что если бы партнёры-голландцы хоть одним глазом увидали бы житьё Потрохова, то они в одну секунду прекратили бы с ним всякое совместное дело, — «ведь это ж с ума сойти, если вдуматься!».
А ещё через день стало известно, что со стеллажом они не поторопились правильно, — кирпичи к открытию выставки не прибудут и, следовательно, стеллаж не понадобится.
«А выставка без кирпичей зачем?»
Этот вопрос остался Степаном незаданным; павильон был оформлен, деньги, которых его семье хватило бы на год безбедной жизни, были уже сполна уплачены, поэтому ничего иного не оставалось, как проводить намеченный маркетинг при одном кирпиче, одном каталоге и двух буклетах, которыми их экспозиция пока и исчерпывалась. Двадцатичетырёхлетняя пассия Потрохова, связью с которой он похвалялся перед Светкой и которая должна была вроде бы представлять на выставке совместное голландско-российское предприятие, участвовать в акции подобного рода отказалась, — «я ж не дура с одним кирпичом тут торчать!».
Таким образом, «торчащим тут дураком» сделался Степан Васильчиков.
Что и говорить, чувствовал он себя при одном кирпиче не очень уютно. На него и внимание-то обращали только из-за бросающейся в глаза пустоты их так называемого представительского павильона да ещё из-за вывешенного дурацкого транспаранта «Элитный голландский кирпич».
«А где кирпич?» — интересовались некоторые только потому, что никакого кирпича вблизи видно не было.
«В Голландии! — подмывало ответить Степана, но он добросовестно поднимался, брал каталог и предлагал обозреть продукцию голландской кирпичной фабрики по картинкам.
Впрочем, и обращающие внимание люди оказывались большей частью просто-напросто убивающими время ротозеями, которым не только кирпич, но и вообще ничего дельного было не нужно.
Но перед одним, вроде бы и реально потенциальным покупателем, Степан опозорился. Не смог ответить на его вполне профессиональные вопросы, ибо знаний, почёрпнутых им из голландского каталога, перевести который Потрохов так и не удосужился, Васильчикову явно не хватило.
„Ведь я же ничего не знаю о кирпиче!“ — взывал Степан к Потрохову.
„А чего о нём знать-то? — отвечал тот. — Ну, керамический, облицовочный. Морозоустойчивый ещё. — И советовал: — Ты каталог-то показывай, не стесняйся! Только в руки не давай, а то уведут!“
К счастью, или к несчастью их точкой почти не интересовались; видя пустоту, люди проходили мимо, разумно полагая, что образцы товаров сюда ещё не завезены и, стало быть, смотреть не на что.