Колесо замаячило на противоположной стенке грота, а из-за него, как в зале символов, заструились несколько разноцветных лучей. Хозарсиф однажды видел этот символ, но не здесь, не в Египте. Это произошло в храме богини любви и природы Ашторет в том знаменитом Сидоне, куда привёз его шумерский жрец Отой.
- Нравится? – прозвучал неожиданно вопрос.
Хозарсиф оглянулся и с удивлением увидел стоящего у стены Отоя. Как он мог оказаться здесь? Хотя он жрец и вход в любой храм ему, конечно же, открыт. Но если Отой здесь и если он принимает участие в мистерии посвящения Хозарсифа в послушники, то, может быть, именно он станет одним из самых близких учителей. В детстве так и было. Хотя сейчас жрец был одет не в священную тогу, как при совершении богослужения, а в обычные дорожные одежды, в которых он появлялся у матери во дворце.
[i] Иерофант – жрец, иногда даже первосвященник, встречающий неофита.
[ii] Наиболее значимый символ у древних египтян.
[iii] Неофит – вступивший на путь посвящения
[iv] Неокар – сопровождающий в посвящении жрец.
[v] Сударит – полотняная накидка на голову. Чаще для умерших.
[vi] Кариатида (др. греч.) – изображение человека вместо столпа. В Египте такие столпы зодчие возводили возле стен.
[vii] Клафф – головной убор фараона, двухцветная корона.
[viii] Урей – изображение кобры, символ власти. В Египте изображались только на короне, либо на диадеме.
[ix] Птах – один из верховных богов Египта.
[x] Сидон – крупный торговый город в Месопотамии, существовавший с Х в. до н. э.
[xi] Понт Северный – нынешнее Средиземное море.
[xii] Таммуз – в Месопотамии бог умирающей и воскрешающей природы.
[xiii] Пламя онгона – адский огонь
[xiv] Германубис – прекрасный эфеб, гений добра.
[xv] Тифон – уродливый демон, гений зла.
Глава 4
Кто искренне жаждет иллюзий,
тот с избытком получает желаемое.
Л.Вовенарг
- Пойдём, мальчик мой, - снова подал голос Отой. – Нам есть с чем познакомиться наверху. Жрец повернулся, вынул факел из кольца на стене и зашагал по боковому коридору. Хозарсифу ничего не оставалось, как только догонять учителя, потому что одному в подземелье храма ему оставаться не хотелось.
Вверху их ожидал дворик, точно такой же, как в храме богини Ашторет. Этот двор юноша запомнил хорошо, потому как в финикийском торговом порту Сидоне, где находился храм, в его двор приходили женщины, ищущие любви. Но что разрешается в храме богини любви и плодородия в шумерском Сидоне, не совсем прилично выглядит в святилище Амона-Ра, тем более в Египте. Но для Египта женщины, ищущие любовных утех во дворах святилищ, были вообще чем-то недопустимым. А здесь, в храмовом дворике, несколько женщин сидели на деревянных скамьях и в беседке под сикоморами, оглядывая проходящих мимо за оградой мужчин.
- Это тот самый двор любви? – удивился Хозарсиф.
- Да, - кивнул Отой. – Очень рад, что ты слышал уже о священном обычае храма Ашторет и помнишь его. Мать твоя приезжала сюда, и здесь я познакомился с ней. Она не знала, что я жрец, а я не подозревал, что она – принцесса, дочь фараона Египта.
- Что же моя мать искала здесь? – округлил глаза юноша.
- Видишь ли, мальчик мой, - задумчиво промолвил жрец. – Видишь ли, человек приходит в этот мир совсем не для войн, не для дележа завоёванных территорий и рабов. Человек всего лишь должен поделиться частью своей радости с окружающими и оставить после себя наследника, который тоже сможет научить людей любви, радости и простому сочувствию. Твоя мать хотела наследника, ибо знала, что боги подарят ей необыкновенного ребёнка. Она не ошиблась и поняла смысл существования человека. Без понимания этого жизненного смысла вся человеческая жизнь сводится к пустому прожиганию и бесконечному поиску неизвестно чего.
- Но ведь я тоже задумывался, зачем живут люди! – возразил Хозарсиф. – Причём и ты, и моя мать поддерживали меня. Я помню, что ты первым принялся уверять меня, будто я – избранник Божий. Будто за мной удивительное будущее, и что Хор-сет[i] присмотрит за мной. После твоего откровения всё началось сбываться, и я почувствовал, что смогу дать радость и веру народу, но не на своей родине, не в Египте.