- Хор-сет удивителен и достоин внимания хотя бы потому, что обходит небо за двенадцать лет, - объяснил Отой. - Именно за этот срок ты сможешь найти тех, кто будет внимать тебе и кто останется верен заповедям твоим, как заповедям богов, ибо только ты, не ища слов, будешь получать их от Всевышнего.
- Ты смеёшься надо мной, жрец, - обиженно произнёс юноша. – Я в раннем детстве потерял речь. Не обрёл её всецело и сейчас. Откуда же у меня возьмутся слова? Когда я начинаю волноваться, то не могу выговорить ни слова! Это ли не знать тебе, моему наставнику?
Юноша со жрецом прошли вглубь садика и вошли в одну из пустующих беседок. Возле неё росли несколько яблонь и с веток одной из них на землю упало наливное яблоко. Жрец остановил на нём внимательный взгляд, потом перевёл его на Хозарсифа.
- Видишь ли, в нашем мире вся существующая бесконечность жизни заключена в определённые законы Вселенной, - тихо, но внятно проговорил Отой. - Законы существуют несмотря на то, знаешь ты их или нет. Возле нас только что на землю упало яблоко. Люди понимают, что яблоко и лист яблони падают на землю с разной скоростью, но не всякий мудрец и даже пророк сможет ответить, почему это происходит именно так, а не иначе. Любой жрец скажет, что так богам было угодно. Но ты должен навсегда запомнить: всё, что происходит, находится вне тебя. Сознание воспринимает предметы, достойные твоего внимания, то есть внимания твоей души. Но какими их принимает твоя душа и как – это тайна, которую тебе предстоит постигнуть. Ведь красный или синий цвет, сладкое или горькое – вовсе не относятся к воспринимаемой твоим сознанием вещи. Это относится только к твоему восприятию, а сам предмет может оказаться совсем другим. Когда поймешь, почему истинно горькое человеку кажется иногда сладким и наоборот, тогда начнёшь понимать свою человеческую сущность, а, значит, прикоснёшься к пониманию Творца.
- Я знаю, о чём ты говоришь, жрец, - утвердительно кивнул Хозарсиф. – Однажды я заснул в саду и проснулся от щекотки. На руке сидела обыкновенная пчела. Когда я попытался согнать её, то пчела укусила меня, да так, что в глазах рассыпалось множество разноцветных звёздочек. И всё это – щекотанье, укол жалом, боль – от одной и той же пчелы. Я думаю, что такое можно сказать о любых внешних предметах, допустим, о том же солнечном свете. Я понял, у человека избирательными всегда будут слух, обоняние, осязание и вкусовые ощущения.
- О. да! – согласился Отой. – Ты рано усвоил основу живого существа человека и поэтому сможешь разобраться в структуре человеческого общества. Помни, что люди отдельно друг от друга ведут себя разумно и обдуманно, а когда собираются в стадо, то тут же становятся неразумными, дикими и агрессивными. Управлять и собой, и другими легче, если знать и помнить, что перед каждым насельником этого мира лежит та черта, за которую ступать надо достойно. Чем серьёзнее человек задумывается о конечности своего земного существования, тем дольше живёт и больше успевает сделать для этого мира. Помни, священное знание – это привилегия избранных, то есть очень ограниченного меньшинства даже среди небольшой касты жрецов. Враги внешнего мира постоянно стремятся нарушить покров тайны, проникнуть в святая святых. И нет на земле человека, не согласного пожертвовать многим, чтобы только попасть в число избранных. Ты же причислен к ним от рождения. Звёзды предсказывают тебе стать пророком той религии, постулаты которой покоятся пока нетронутыми в святилище Амона-Ра. Ты, Хозарсиф, познаешь многое и сможешь лицезреть братьев своих, проповедников всех стран и народов, избранных среди избранных сквозь пространство и время. Ты сможешь коснуться их знаний и пополнить свои. Это необходимо для того, чтобы ты мог исполнить своё предназначение. Только не забывай записывать свои сны и видения, иначе образы тех, кого ты увидишь в запредельном пространстве, забудутся. Помни, многим жрецам Египта, Ассирии, Месопотамии и других стран известна тайна Единого Бога. В действительности Отцом этого мира был и будет Владыка Саваоф, или, как его ещё называют на Ближнем Востоке, Яхве.
- Я помню, - перебил Отоя юноша. – Ты с ранних лет рассказывал мне о Едином Боге, тайну которого знают египетские жрецы, но не рассказывают об этом людям, потому что свирепые боги заставляют подчинить народ, а Единый умеет прощать. Значит, я должен принести в мир идею Единобожия? Ты говорил, когда эта идея обретёт силу, то что бы ни случилось с человечеством, как бы ни возмущались люди, и какие бы ни вели войны с себе подобными, сознание человечества не перестанет вращаться вокруг идеи Единого Бога Саваофа. Ведь так?