- Я согласна с тобой, сын мой. Да поможет тебе Бог.
И опять под сводами храма раздалась хвалебная песнь Осирису.
- Ныне удивительный день, - улыбнулся Хозарсиф. – Снова возносят хвалебный гимн Всевышнему. Но поют в честь приезда моей матери!
- Если желаешь понять, для кого поют, то, несомненно, это для Ребекки, - кивнула она на свою служанку, стоявшую чуть поодаль.
- Я уже давно обратил внимание, мама, на твою прекрасную спутницу, - кивнул юноша. – Не удивлюсь, если песня исполнялась именно для неё. Кстати, среди многочисленных слуг её раньше не было. Или я ошибаюсь?
- О нет, сын мой, не ошибаешься, - наклонила голову принцесса. – Это моя новая рабыня. Её родители – кочевники Шумера и Передней Азии. Семью давно разлучили персы. Но девушка совсем случайно нашла своего отца здесь, в Египте. Представляешь, как она была рада?!
- Никогда и ничего случайного в этом мире не случается, - безапелляционно ответил юноша. – Где она обнаружила отца своего?
- Он мастер в рудокопных мастерских, - пояснила принцесса. – Камнерезчик. Я была недавно в каменоломнях вместе с братом. Фараон там осматривал работу еврейских каменотёсов, и девушка увидела отца. Он также был рад встретиться с утраченной дочерью.
- Представляю, - улыбнулся Хозарсиф. – Совсем, как драматическая притча. Я и сам хотел бы там побывать.
- Вот и хорошо, - обрадовалась мать адепта. – Ты уже прошёл важное жреческое посвящение Осириса, и фараон посылает тебя на службу в рудокопные мастерские. Будешь там верховодить да ублажать евреев, к которым ты почему-то очень благосклонно относишься. Владыка Египта назначил тебя к ним иерограмматом.[ii]
Принцесса подала знак рукой своей рабыне, и та вручила ей пергаментный свиток с прикрепленной к нему большой сургучной печатью на шнурке. Мать развернула документ, и Хозарсиф прочитал повеление фараона с назначением молодого жреца Осириса в иерограмматы храма Амона-Ра.
- Это решение фараона или моей матери? – тут же нахмурился Хозарсиф. – Потому что указанное назначение даёт допуск к ознакомлению с книгами, хранящимися в ковчеге, а значит, к тайным учениям, которыми владеет не всякий жрец. Но отдаляет меня от подножия трона.
- Конечно же, таково желание фараона, - пожала плечами женщина. - Просто он посчитал, что мой сын в своё время может отнять трон у Менефты. А ты, считаешь ли ты это возможным?
Хозарсиф ничего не ответил, лишь опустил голову, но мать поняла, что эти мысли приходили в голову юноше. А эти ли? Ведь на пороге храма юноша когда-то произносил такую ересь, что сам сейчас удивился бы – как такое в голову могло прийти?! Ну, ничего, поработает, остепенится, а там найдётся для молчуна какое-нибудь настоящее дело.
На руднике Хозарсиф пробыл около года, но когда наступил месяц фрамути,[iii] он решил навестить мать, тем более в это время Нил величаво шествовал к морю, раздавая по пути египтянам частицы своего тела для ухода за садами. Но за несколько месяцев до отъезда с юношей случилось непредвиденное происшествие, которое можно было так назвать с большой натяжкой. Скорее всего, это был несчастный случай, хотя с очень нехорошими последствиями. Дело в том, что разлив Нила в этом году немного задержался и перед кварталом, в котором жили евреи, собрались египтяне. В долине Гесем такое иногда случалось, но в этот раз стражники, охранявшие эту часть посёлка, с большим трудом сдерживали разгулявшуюся толпу.
- Враги! Язычники! – раздавались крики из толпы. – Вы распеваете свои демонические гимны и привлекаете беды на наши головы! Горе нам! Вы поганите землю нашу! Вы околдовали наследника Менефту и готовите гибель Египту! Да падёт проклятье на вас и детей ваших! Бейте камнями поганых, бейте камнями, чтобы не отравляли они воды священной реки!
Хозарсиф в это время как раз находился в еврейском квартале, куда он заглянул в гости к Ишиму, отцу Ребекки. Надо сказать, что девушка с того времени, когда мать приехала в её сопровождении в святилище Амона-Ра в Мемфисе, запала в сердце юноши. Кто знает, откуда появляется это влечениеодного человека к другому? Во всяком случае, если бы люди умели управлять тайными чувствами сердца, то любви на грешной земле никогда бы не существовало. Приезжая в долину Гесем, Хозарсиф надолго задерживался там, общаясь с отцом девушки. Кто знает, может быть, мастеру-камнерезчику суждено в будущем стать тестем, ведь недаром же Хозарсиф ещё в храме обратил внимание на его дочку?!