Всего этого Гриша, понятно, не знал, пока не попал внутрь.
— На время пребывания в клубе я освобождаю вас от обязанностей секретаря, — сказал Алексей Петрович. — Ведите себя свободно. Покрутитесь среди людей, пообщайтесь, осмотритесь. Вам будет полезно познакомиться с политической и экономической верхушкой нашей страны.
Впрочем, Гришу предоставленная свобода ввести в обман не могла, он отлично понимал сложность в определении грани между обязанностями секретаря, познанием и человеческим любопытством.
Оставив в подсобке кучера и телохранителя Мишу из шелопухинской конторы, они прошли внутрь. Там Алексей Петрович проводил секретаря к одному из небольших помещений, где шла игра в бильярд. Причем играли женщины. Варвара Ивановна, прежний Гришин ментор и директор Университета ловко работала кием, забивая в лузу шар за шаром. Её партнером выступала Галина Ивановна. Гриша удивился не столько их присутствию в Олимпе (или лучше сказать на Олимпе?), сколько внешнему виду. Его-то самого Алексей Петрович заставил надеть строгий костюм (благо с университетских времен сохранился сюртук из зеленого бархата), а вот молодые женщины не слишком следовали протоколу. Обе предпочли джинсы, замшевые сапожки, больше похожие на мокасины, легкие куртки вроде анорака или камлейки, но из воздушной ткани. Капюшоны были откинуты и скорее представляли собой украшение, нежели полезную часть одежды. Обе дамы вели себя расковано, словно гостили у подруги, а не в здании, где собирается высший свет.
— Что, Гриша, как работа? — спросила бывшая наставница, наклоняясь над бильярдным столом так, что грудь едва не касалась сукна.
— Не высыпаюсь, Варвара Ивановна.
— Ну, этого тебе никто не обещал, — усмехнулась она и ударила по шару.
— Партия, — Галина Ивановна отложила так и неиспользованный кий и пару раз хлопнула в ладоши.
Она подхватила с края стола фужер, на четверть наполненный золотистым вином, и сделала глоток.
— Вы к нам поболтать, или как, Алексей Петрович? — спросила Варвара, тоже пригубив вино.
Тёткам не так давно стукнуло по тридцатнику, но вели они себя словно студентки. В уголке бильярдной стоял низкий столик, окруженный с трех сторон диваном. Туда все четверо и направились.
— По делу, — сказал Тропинин.
— Угощайтесь, — Галина Ивановна подвинула к ним вазу с фруктами.
Их явно доставили с Оаху, потому что в местной оранжерее такие крупные не вырастали. И стоили такие немало.
Тропинин взял яблоко и откусил. Гиша решил не наглеть. Обе женщины разглядывали его с любопытством, что заставило его покраснеть.
Варвару Ивановну Емонтаеву и Галину Ивановну Эмонтай считали дочерьми Ивана Американца, хотя ни его дочерьми, ни даже сестрами друг другу они не являлись. Однако обе получили в наследство кроме пары доходных предприятий ещё и отчество с фамилией. Причем Варвара взяла ту, что принята у русских, а Галина решила, что из уст англичан фамилия звучит более интересно.
— Дело вот в чём, — сказал Тропинин. — У меня тут назначена встреча с людьми, которые могут поучаствовать в дельце с азиатским плацдармом.
Про азиатский плацдарм Гриша услышал впервые, хотя думал, что в курсе большинства начальственных дел.
— Это касается нашего присутствия на западе Тихого океана, в том числе на территории Голландской Ост-индии, — пояснил ему Тропинин. — Уже несколько лет Голландии, как таковой не существует. Пришлые революционеры устроили там Батавскую республику. А их осиротевшие колонии уже подвергаются захвату англичанами, как это случилось с французскими территориями в Индии в прежние годы.
— Ипполит Судейкин, наш консул в Макао писал о стычке между англичанами и французско-испанской эскадрой, — припомнил Гриша.
Консулом в Макао служил сын гавайского колониста Спиридона Судейкина, что бежал с Камчатки вместе с Беньовским. Парень закончил Университет, когда Гриша только-только туда поступил, но молодые люди успели познакомиться и теперь Гриша с особым интересом читал отчеты Судейкина младшего.
— Верно, — кивнул Тропинин.
— Кстати, о французах, — встрепенулась Галина Ивановна и, заглянув в пустой бокал, поставила его на столик. — Наши торговцы, что продают оружие вьетнамцам, сообщали, будто французские офицеры, посланные еще Людовиком, под предводительством некоего Пуманеля сейчас служат на стороне принца Нгуэн Фук Аня… И хотя Людовику отрубили голову, Франция в любой момент может вспомнить о забытом отряде. Тогда, возможно, у нас появится ещё одна проблема.