В их глазах, до этого пустых и безразличных, появился блеск. Их охватил настоящий азарт.
Эта новость — о тай-пене, который платит золотом, и платит честно, — разлетелась по долине быстрее лесного пожара. И к нам потянулись люди! Сначала поодиночке, потом целыми деревнями. Беглые рабы, разорившиеся крестьяне, просто искатели удачи. Двух недель не прошло, как мы полностью укомплектовали прииски рабочей силой, и даже стали подумывать о ночной смене. Наша маленькая горная республика, основанная на крови, начала обрастать плотью экономики. Добыча золота росла с каждым днем. И, глядя на это, я понимал, что мы строим нечто большее, чем просто прииск. Мы создавали новое государство, новый мир.
В этих заботах прошло несколько дней. Наша удачная дипломатическая акция, принесшая новых союзников, вызвала восторг моих соратников. Шутка ли — на ровном месте раздобыть несколько сотен конных воинов! Эйфория, однако, быстро прошла, сменившись суровой прозой. Уже к концу недели выяснилось, что союз с эвенками — это не только новые возможности и силы, но и страшная головная боль.
— Беда, Владислав Антонович, — начал Софрон, войдя ко мне с утренним докладом. — Караваны с провиантом, что шли к нам с той стороны, пропадают. Два дня уже город на подножном корму сидит.
Я вопросительно посмотрел на эвенкийского вождя. Тот, невозмутимо поглаживая свою седую косу, спокойно ответил через Очира:
— Мы ведем войну. В степи сейчас много хунхузов, которые бежали от тебя. Мои воины перехватывают всех, кто везет им припасы. Откуда нам знать, какой караван твой, а какой — вражеский? Для нас всякий китаец с рисом — враг!
Он был по-своему прав. В нашем многонациональном войске начались первые, неизбежные трения. Пришлось на ходу изобретать законы нового степного братства.
— Значит, так, эркин, — сказал я твердо. — Все караваны, что идут в Силинцзы — мои. Они неприкосновенны, как жены вождя. Тех, кто их тронет, будем судить по вашим законам. Жестоко. А вот все, что идет из города без моего ведома или пытается проскочить мимо, — ваша законная добыча. Хватайте и рвите на части.
Кантегор, подумав, кивнул. Такой расклад его устраивал.
Разобравшись с «дикарями» и наладив хрупкое взаимодействие с эвенками, я, наконец смог отправиться в самый дальний наш форпост — прииск «Тигровый Зуб», где нес бессменную вахту Орокан со своими нанайцами. Я хотел лично взглянуть на вражескую крепость, на «Золотой Дракон», который, как кость в горле, торчал на том берегу Желтуги.
Когда я прибыл, Орокан встретил меня тревожной новостью.
— Там что-то происходит, тай-пен, — сказал он, кивая в сторону каньона. — Уже два дня мои наблюдатели видят там дым, и слышат выстрелы.
— Что это может быть? Хунхузы решили перейти реку и пробиться на соединение с силами Тулишена?
— Нет, — он покачал головой. — Похоже, они стреляют друг в друга. Словно две стаи волков делят одну добычу.
Заинтригованный, я вместе с ним и Сяо Ма поднялся на скальный уступ, нависавший над рекой. Отсюда открывался вид на разрушенный мост и противоположный берег. Орокан был прав. Внизу, у самой кромки воды, возле взорванных опор моста, виднелась группа людей. Человек десять. Они, заметив нас, начали отчаянно кричать и махать руками, но их голоса тонули в грохоте потока. Рев воды, бьющейся о камни внизу, был оглушительным
— Кто это? — спросил я.
— Не хунхузы, — уверенно ответил Орокан. — Одежда не их. Больше похожи на рабов. Осторожно, тайпен! Они стреляют!
Действительно, один из людей на том берегу, отделившись от группы, вскинул лук. На мгновение я напрягся, подумав, что он собирается стрелять в нас, но стрела, описав высокую дугу, взмыла в небо. Она, казалось, зависла на секунду в высшей точке и, перелетев через ревущий каньон, воткнулась в землю в нескольких шагах от нас.
Нанаец, подбежав, выдернул стрелу. К ее оперению была привязана узкая полоска дорогого, расшитого золотыми драконами шелка, явно вырванная из подкладки богатого халата. Это было послание.
Сяо Ма дрожащими руками развернул ее. На ярко-алой ткани тушью было торопливо начертано несколько иероглифов. Юноша всмотрелся в них, и лицо его изменилось. Удивление, недоверие, а затем — ужас отразились на его лице
— Что там, Сяо Ма⁈ — не выдержал я. — Читай!
Глава 13
Глава 13
— Что там, Сяо Ма⁈ — не выдержал я. — Читай!
Он несколько раз сглотнул, прежде чем смог говорить. Подняв на меня глаза, и прошептал перевод, будто боясь, что сами слова могут сжечь ему губы: — «Спаси нас, и мы назовем тебя Сын Неба».