– День прошел неплохо, верно? Он кивнул – и в глазах зажглась искорка страха.
– Это очень хорошая Дорога, Тим. Она ведет к морю, в город, где живут добрые и умные люди. Тебе нужно пойти по ней.
– А ты. Хранитель? Ты не хочешь идти? Я молчал.
– Хранитель! – обиженно выкрикнул Тим.
– У меня своя Дорога. Я рад, что смог помочь тебе надеюсь, что смог. Тебя почему-то очень не любит Властелин.
– Хранитель, в городе тоже есть Дороги. Подумай, сколько людей научатся выбирать пути если ты пойдешь со мной. Он смущенно замолчал.
– Тим, тебе покажется странным, но я не могу сойти с Дороги. Ни звука, ни слова. Весь вопрос, все недоверие оказались в глазах.
– Я меняю Дороги для других. Моя ведет лишь вперед.
– Это потому, что тебя никто не позвал за собой, – тихо, но твердо сказал он. – Идем. Его ладонь легла в мою. И он шагнул через барьер – уже не существующий для него, но запретный для Моя рука прошла сквозь невидимую преграду. Я вскрикнул, впервые в жизни почувствовав ветер Новой Дороги. Он был чуть влажным и прохладным – от близкого моря. И солоноватым по той же причине – я ощутил это кончиками пальцев, оголенными нервами, бьющимся в судорогах Даром. Клинок приплясывал за плечами, рассыпая фонтаны колючих искр. Так вот почему тебя боялся Властелин. Я меняю Дороги и рушу барьеры – а ты умеешь вести за собой. Это твой Дар. Я шагнул дальше – и почувствовал, как барьер напрягся, затвердел. Воздух впереди начал сгущаться, превращаясь в моего двойника, и я выхватил клинок. Темно и нет Истинного света. Но время миражей миновало – а сталь убивает и в темноте.
– Какая милая картина, – насмешливо сказал Властелин. – Носитель Дара уходит со своего пути. Все равно как если бы Целитель бросил больных, а Музыкант перестал петь.
– Я выбрал Новую Дорогу, Властелин, – сухо ответил я. – Это не измена Дару, и ты это понимаешь.
– Тебе не дано уйти с Дороги. Барьер удержит тебя.
– Мне дано прокладывать пути другим. А мальчик умеет вести за собой. Ты не удержишь нас.
– Очень жалею, что не сделал его Дорогу покороче, – процедил сквозь зубы Властелин. Тим крепче сжал мою руку. И сказал:
– Наверное, я зря бросил пистолет? Там оставался один патрон, если по-честному
– Пули здесь не помогут, – стараясь казаться спокойным, ответил я. – А клинка хватит вполне. Властелин презрительно улыбнулся:
– Твой меч лишь останавливает меня на время.
– Мне хватит и этого.
– Ты хочешь настоящего боя? Ты погибнешь, Носитель Дара. Человек не может победить судьбу.
– Ты знаешь, Властелин, – с внезапным пониманием сказал я, – настоящего боя между нами не будет. Не может быть. Ты не совсем Судьба а я не просто Человек. Сними барьер!
– Нет! Властелин сделал к нам несколько шагов – и остановился, глядя на лезвие моего меча. Поток синего огня с посеребренной сталью в сердцевине.
– Если тот, кто прокладывает пути, начнет менять свою Дорогу, наш мир погибнет. А он не так уж и плох! Вспомни судьбу мальчика!
– Не думаю, что новая будет хуже.
– Стой! – В голосе Властелина уже не было насмешки или пренебрежения. Только страх. Дикий, нестерпимый страх.
– Выслушай меня! Выслушай Его голос сорвался в шепот, и я опустил клинок, по-прежнему сжимая ладошку Тима.
– Говори, Властелин.
– Мы не можем убить друг друга. Мы – две части целого. Я храню неизменность пути а ты учишь людей менять Дороги. Нам никогда не убить друг друга.
– Я знаю.
– Пусть все и дальше останется так, пусть! Иди по своему пути, он вечен! Учи людей менять Дороги на чужие, учи их не бояться нового пути. Но не сходи со своей Дороги!
– Потому что тогда мир изменится.
– Он погибнет!
– Станет другим. Я помню, каким он был или будет. А ты знаешь это точно. Тебе в нем места нет. Властелин Дорог обмяк. Безнадежно пробормотал:
– Ты не веришь Мир не станет лучше. А для меня есть место в любом мире. Да, этот мир проще, нагляднее, честнее! Бетон Дороги дрожал и крошился. Какая-то звезда полыхала на горизонте, превращаясь то в ледяную синюю искру, то в огромный, на полнеба, багровый шар. Горячий ветер пустыни бросал в лицо горсти колючего снега.
– Пойдем Дорога ждет – робко попросил Тим. – Пойдем? Его пальцы были горячими и твердыми. Я чувствовал, как бьется тонкая ниточка пульса.
– Идем, Тим – Я в последний раз взглянул на Властелина Дорог. На позолоту и драгоценные камни, осыпающиеся с плаща. На лицо – мое лицо! – становящееся бетонной маской. И ударил клинком по невидимому барьеру, разделяющему Дороги. Обломки посеребренной стали осыпались на Дорогу. И я шагнул вперед – к запаху моря, шуму прибоя, разноцветным звездам, теплым ладоням в моих руках Полутьма. Тусклая лампочка в настольной лампе, повернутой к стене. Теснота. Узкая и короткая кухня – крупногабаритный гроб. Табачная вонь, напильником дерущая глаза. Тлеющая сигарета на блюдце рядом с пустой кофейной чашечкой. Старая пишущая машинка с заправленным бумажно-копирочным бутербродом Я Властелин Дорог и Носитель Дара. Я прокладываю Дороги и учу их менять. Мир прост и понятен. И вместо теплых ладоней в моих руках колючие осколки стали.