— А вы тут, конечно, не причем.
— Конечно. Я представитель Авроры в Сенате Федерации. Зачем бы мне интриговать против? Отделение автоматически обесценивает мой статус.
— Логично. Но вам ведь известны имена затеявших это все господ?
— Я вас умоляю, полковник. После выступлений этих политических мертвецов на галовидении, их, кажется, уже все знают.
— Это не совсем так, — снова улыбнулся я. — Аналитики утверждают, что все покаявшиеся депутаты усиленно избегают назвать кого-то одного. Лидера. А вы его знаете.
— А вы заметили, что корпоративное лобби тоже…
— Да-да, — отмахнулся я. — Это заслуга господина Лукошина. Меня же сейчас интересует лидер противоположной группировки. Главный, в банде наших, местных, олигархов.
— А аналитики? — отзеркалил улыбку Стерлинг. — Неужели им недостает квалификации определить этого человека? Или их и вовсе нет, этих ваших экспертов? А сами так слабо в нашей кухне разбираетесь, что даже ко мне решили обратиться?
— Есть несколько предполагаемых персон, — кивнул я. — А что касается вас… Обнаружен след специалистов соседнего государства. И мы проводим первоначальное расследование возможной государственной измены. Вас пока никто не подозревает. Но не советовал бы и дальше играть со мной в слова. Одного подозрения в сотрудничестве с врагом хватит, чтоб полностью разрушить вашу карьеру.
— О! Угрозы, — обрадовался сенатор. — Думал, они будут позже. Сразу видно, что вы не политик. Словесные баталии — это не ваше, полковник. Зря вы влезли в это все…
— Мне не требуется ваше разрешение, господин Стерлинг, — жестко выговорил я, и тычком пальца заставил политики сесть в кресло. Теперь я возвышался над ним этакой бронированной скалой. — Я делаю то, что велит мне долг гражданина Федерации и честь офицера. И делаю так, как могу и умею. А вы, сенатор? Что сделали вы? Как помогли в разрешении этого кризиса? Пару раз пощелкали языком в студии галовидения? Высказали свое бесценное мнение? Вы понимаете, что, когда все это закончится, люди начнут задавать вопросы. Интересоваться ролью каждого в этой смуте. И что тогда? Какие слова вам понадобятся, чтоб подтвердить свой высокий статус?
— А сотрудничество с отрядами самообороны стало бы выходом? — саркастично заметил сенатор. — Так я вас спешу расстроить. Вашу деятельность тоже начнут разбирать по молекулам. Изучать каждое ваше решение. Каждый шаг. Каждое слово. Вы успели столько всего натворить, стольких обидеть, что обязательно найдутся спонсоры особого, в отношении вас, расследования. И что тогда? К кому вы побежите за помощью?
— А я честный человек, Стерлинг, — засмеялся я. — Мне нечего скрывать. Расследование? Да ради Бога. Пусть расследуют. У меня есть записи каждой минуты моего командования. Готов это передать следствию по первому же запросу.
— Вы все храбрые, пока дознаватели не начали задавать коварные вопросы, — поморщился сенатор.
— Свою храбрость я давно доказал, — оскалился я. — А вам только предстоит это сделать. Итак? Если меня потом спросят о вашей роли во всех этих событиях, что я им скажу?
— И все же — нет, — после минутных раздумий, огласил вердикт Стерлинг. — Это слишком опасно.
— Не верите в то, что мы способны вас защитить? — дернул я бровью.
— Не верю, — кивнул тот. — Даже вы не посмеете остановить его людей.
— О, вы меня плохо знаете, — скривился я. — Я могу остановить кого угодно, если понадобится.
— Прямых доказательств вы не найдете. Этот человек — профессионал в сокрытии улик. А без доказательств, у него те же права, что и у вас. И пусть сейчас вы равны с ним по положению, но…
— Но котроллеры есть контролеры, — закончил я, и даже успел увидеть, как расширились зрачки сидящего напротив сенатора. — Траубе?
— Я вам этого не говорил, — поспешил откреститься политик.
— Ну раз не говорили, — хмыкнул я. — То и защищать вас ни к чему. Прощайте, сенатор. Честь имею.
— Э-э-э, полковник! Полковник Ронич⁈ — засуетился Стерлинг. — Куда же вы? А я?
— А вы отказались сотрудничать, — я пожал бы плечами, но под броней этого все равно никто бы не увидел.
Вопреки собственному обещанию, у дома сенатора осталась небольшая группа ребят. В основном те, кто когда-то служил в спецподразделениях. Разведчики, штурмовики или контртеррористы. А подъезд и прилегающую территорию густо засеяли датчиками. Я сомневался, что начальник Службы Контроля Авроры, подполковник Траубе решится отправить людей покарать практически проболтавшегося политика. Появление киллера — это тоже улика. Хоть и косвенная. Но чем черт не шутит. Вероятность все-таки присутствовала, а Стерлинг, ни взирая на сволочной характер, все еще оставался гражданином Федерации.