— Покажите дорогу до деревни, сеньор, мы заплатим, — просит худощавый человек.
— Я сказал, что помог, чем смог, — зловеще протягивает Итан, ломая словами. — Проваливайте.
— Но…
— Убирайтесь.
Когда дух странников вылетел из дома, Аккольти выдохнул. Все, хватит с него благоденствий. Чересчур это рискованная затея. Если так открывать дверь каждому встречному, то не запасешься нервами и дополнительными жизнями, а в нынешних реалиях они дорогого стоят.
«Не пропадать же добру» — подумал Итан и опоясал торс охотничьим ремнём с запасом патронов. Взяв ружьё и перекинув его через плечо, он вышел из убежища, в надежде найти того самого подбитого кабана. Дичь нынче хорошо ценится. И Бруно тоже соскочил с крыльца, сверкая лапами, погнался по извилистой тропе, вверх по горе. Кровь в его жилах заиграла. Жажда дикой природы и заложенной в генах вольности.
На улице дышит прохлада. Вечер опускает сумрак на весь лес, но глаза Итана приспосабливаются к темноте, а кожа не ощущает холода — он часто закаляется, занимаясь физической подготовкой на свежем воздухе.
Тело встречает свежесть, как заряд бодрости и трезвости. Мысли тут же чистятся от мусора. Вдох. Сосновый воздух пробирается в легкие и оседает на дне.
Это его стихия! Глоток личного экстаза.
Путники не солгали — Аккольти набрел на подбитого кабана, издыхающего возле выступающего корня дерева. Прицел. Выстрел. Вибрация отдала ему в плечо, а Бруно не набросился на свежую плоть. Он кольцевал убитое животное, не приближаясь.
Возвратившись домой, Аккольти сбрасывает подстреленного зверя сзади своей хижины. Там, в закромах, ожидают своей участи все, кого он приносит с охоты. Сегодня поздно уходить в поселение, поэтому завтра рано утром он решит, что делать с добычей дальше. А пока Итан отпускает Бруно выплеснуть свою энергию вблизи дома. Тот бегает, запрыгивает на огромный камень, воет, устремляя морду к усыпанному звездами небу.
Аккольти открывает дверь дома распахнутой ладонью, делает два тяжёлых шага кожаными ботинками. Звук так и бьет ему в уши. Останавливается. С лица стирается безмятежность.
Здесь кто-то был в его отсутствие.
Светло-серые глаза молниеносно приобретают огонек злости, а взгляд становится хищным, сродни зверя на охоте. Итан затаенно дышит, прикованный к месту. Медленно-медленно вертит головой по сторонам. Ружьё прикладом ставит на пол. Гробовая тишина.
Решающая секунда.
К его ногам из шкафа вываливается девушка, не удержавшись в очень тесном пространстве. Резко переворачивается на спину. Распахнутая женская ладонь целится ему в лицо, готовая отбить невидимой энергией.
— Аккольти?! — в голосе мировое удивление.
— Грассо, черт… — выдыхает он, прикрывая глаза от тотального провала.
Она вскакивает — быстро, ловко, в полной готовности — встаёт в позу стрелка, не опуская руку. Взмахивает ладонью, и волшебный браслет Итана соскальзывает с запястья и отлетает в сторону, лишая его возможности использовать силу энергии. Сердце ее бешено стучит, нервы отдают пульсацией в висок, но дикую тревогу она старается скрыть, хоть рука и бьется в дрожи.
Господи, она не видела его пять проклятых лет! Ещё столько бы не лицезрела. Она наблюдала его только на первых страницах новостных журналов и газет, в которых чисто-начисто вопили: «Перехват в усадьбе Аккольти. Отец и сын создали криминальную группировку по сбыту магических браслетов». Или еще: «Убийство на улице Виа Мондови. Итан Аккольти совершил умышленное преступление. Читать на развороте!». А он знал ее облик еще до побега, благодаря фотографии на почетной доске СеМПа — спецслужбы магического правопорядка. Да, Хелен Грассо, тренер по спортивной подготовке. И что с того?
— Ты… ты… Как ты… здесь… — Хелен повышает тон, дергая вытянутой рукой на каждое слово шока.
— Сдвинешься с места и сюда ворвётся хищник. С двоими не справишься, — доносит Аккольти на удивление спокойно, но ужасно угрожающе.
Взглядом можно плавить металл. Одного его вида достаточно, чтобы понять — он не преувеличивает: у него широкие плечи, рельефные руки, не прикрытые рукавами прилегающей футболки, развитый торс — и это бросалось в глаза даже через одежду. Хелен метнула взгляд вниз, на массивные ботинки с заклепками и заряженное ружье возле его таких же натренированных ног… Она нервно сглатывает.
«Святая святых… Как он изменился…».
Однако ее ладонь по-прежнему его испытывает — Хелен не может ни сдвинуться, ни выжать из себя ответ. Они, как два загнанных в ловушку зверька, не знают, что делать дальше и как себя вести.
— Сейчас же подними руки вверх, Аккольти! — приказывает Грассо, а он замечает на ее куртке значок «Отдел Магического Правопорядка». — Иначе я вызову подкрепление!