-Что за эгоистичное желание, – пробормотала я. – Я не твоя собственность.
-Ошибаешься. Все, что я хочу, становится моим, вне зависимости от желаний других.
-Нет! Ты не имеешь права!
Как только я произнесла эти слова, тут же пожалела, потому что увидела то, что ужаснуло меня. Холодная ярость отражалась в его глазах. Мое упорство явно взбесило его, но на лице не дрогнул ни один мускул. Я испугалась. Испугалась того, что он может со мной сделать. Тем временем Нацу почти невесомо провел кончиками пальцев по изгибу шеи, плечу, руке и вновь вернулся к лицу. В какой-то миг мое сердце застучало чаще, а в горле пересохло. Я облизнула губы, и он тут же отреагировала на это, скользнув по ним взглядом. Хозяин леса приблизил свое лицо к моему, а я зажмурилась. Но ничего не произошло. Внезапно я перестала ощущать давление с его стороны и открыла глаза. Нацу отступил на шаг назад и теперь смотрел на меня уже без какого-либо выражения в глазах.
-Теперь ты понимаешь, что, если я захочу, ты не сможешь отказать, – сказал он и прикрыл глаза. – Можешь идти. Твоя комната осталась там же, но завтра ты переберешься в мою спальню и будешь спать со мной.
На подкашивающихся ногах я вышла за дверь, однако, не сделала ни шагу по коридору, а просто осела на пол. Что это сейчас было? Он пытался подавить меня или что? Осознание, что я боюсь его, засело в голове, будто булавка в одежде. А самое главное, что я почувствовала, когда он не поцеловал меня? Облегчение или разочарование?
Нет. Вот над этим я точно не буду задумываться. Теперь нужно думать о том, как выбраться из этой передряги, ведь так жить нельзя. Эти сложные чувства, что я испытала сейчас, не дадут мне покоя. Поддавшись внезапному порыву, я сжалась в комочек и заскулила. В тот же миг моего плеча кто-то коснулся. Подняв голову, я увидела Татьяну. Приложив палец к губам, она поманила меня за собой. Помогая мне идти, перерожденная дошла до спальни, которая до недавних пор была моей, и, судя по всему, ею и осталась. Как только мы вошли, я тут же упала на кровать и, закрыв глаза, уснула, не заметив, как ушла Татьяна.
Глава восемнадцатая Осознание
У любви нет симптомов, и она не предупреждает о своем появлении.
Эльчин Сафарли «Если бы ты знал...»
Что чувствует человек, попавший в рабство? Я понимаю, что вопрос немного странный, но в моем случае очень актуальный. Многие, родившиеся рабами, никогда не видели другого, поэтому понятие свободы было чуждым для них. Что же касается тех людей, которые лишились ее, это отдельный разговор. Человек по своей природе хочет следовать своим желаниям, никому не подчиняться, и открыто выражать свои мысли. Другое дело, что не все могут это желание реализовать. Кто-то оказывается сильнее и подчиняет себе других, а эти самые другие не могут поднять голову из-за различных причин. Это как жить в постоянном страхе, ожидая, что другие люди окажутся сильнее и раздавят тебя.
В каком-то смысле я была человеком, которого легко сделать рабом, так что ничего удивительного, что Нацу так запросто решил мою судьбу. Хотя, словосочетание «решил судьбу» не совсем верно по отношению к этой ситуации.
Проснулась я внезапно, будто из воды вынырнула. Мгновенно вспомнив все, что произошло накануне, я сначала покраснела, а потом кровь от моего лица отхлынула при мысли о том, что мне еще предстоит. Это же немыслимо! Я не могу спать с ним в одной кровати! Да и вообще, с чего он взял, что я останусь здесь? Нет, чисто теоретически, это возможно, Нацу ведь все-таки мой муж, но по факту он меня пугает. И не только его действия доставляли беспокойство, но и моя реакция на них. Хотя, этому я как раз могу дать объяснение. Просто я, как девушка неопытная и непривычная к такому поведению, отреагировала на уровне первобытных инстинктов, что никак не связано с моими чувствами к Хозяину леса.
Пока я занималась самокопанием, пришли гости. И одного из них я очень рада была видеть, так как хотелось обсудить сложившуюся ситуацию чисто в обществе лучшей подруге. Она, как более рассудительная, должна знать, как выкрутиться из ситуации, в которой я оказалась. Однако, вместе с Лилей ко мне заявились и представители мужского пола, такие как Себастьян и Хол. Последнего мне вообще видеть не хотелось. В какой-то степени именно он был виноват, что все произошло так, как произошло, однако я не была уверена, что все последствия мне не нравятся. Вот такое вот двойственное чувство. Но ничего такого говорить я не стала. Незачем.