Выбрать главу

Усадив меня на кровать, Нацу опустился на пол и, обхватив мои ноги руками, положил голову на колени. От столь неожиданного и доверчивого жеста я вздрогнула, и первым порывом было вскочить, но меня не пустили.

-Посиди так немного, пожалуйста, – стиснув мои ноги, прошептал Нацу. – Я так долго ждал этого момента…

От его слов по моей коже побежали мурашки, а сердце было на низком старте, чтобы выпрыгнуть из груди. Эти ощущения и эмоции были настолько необычны для меня, что потеряй я сознание, не удивилась бы. Но мой рассудок явно был сильнее все нарастающих эмоций и мыслей по поводу того, что голова Нацу лежит на моих коленях, поэтому вырубать меня не спешил.

О Боже! Всегда считала чем-то фантастическим тот факт, что мужчина стремится прикасаться к женщине как можно теснее и чаще. Я прочитала кучу книг с такими сценами, но себя в такой роли не представляла вообще. И вот на тебе! Свершилась мечта идиота.

Так, стоп. Он сказал, что долго ждал этого момента?! То есть он все эти годы мечтал полежать на моих коленках? Хотя, может, я чего-то не понимаю.

Нацу явно не собирался меня отпускать в ближайшее время, поэтому я решила взять инициативу в свои руки. Спать в таком положении жутко неудобно, да и если он хочет просто ко мне прикасаться, то есть для этого другие способы.

-Нацу, может быть, мы лучше спать ляжем? – подала я голос.

К моему предложению прислушались и даже легли на кровать, предварительно положив туда меня (как будто я сама не смогла бы лечь), а потом Нацу подтащил меня к себе, крепко обнял за талию и, уткнувшись носом в основание шеи, заснул.

А вот мне было совсем не до сна. Мало того, что я никогда особо не любила спать с кем-то в одной постели (тяжелый опыт, когда приходилось спать с мамой на одном диване), так еще меня и в движениях ограничили. И как он может спать, в то время как рядом с ним желанная женщина? В моем представлении о мужчинах в принципе и об одном в частности, влюбленный должен внимания своей возлюбленной. А что я вижу сейчас? Полное безразличие. Ну, не совсем полное, все же меня обняли. Но вот то, что он сразу заснул, вообще оскорбительно!

Боже, и о чем я только думаю? Вопрос риторический, ответ не требуется. Я же и сама не готова к близости, а про себя возмущаюсь его бездействию. Женщины поразительно непостоянны в своих желаниях.

Мне безумно захотелось влезть в голову к Нацу и понять, о чем он думает и что мотивирует его поступить так или иначе. Особенное внимание я бы уделила тому участку мозга, который думает обо мне.

Эти мысли отвлекли меня от ситуации в целом, поэтому я перестала нервничать и как-то незаметно для самой себя заснула.

Так как спать легла я довольно поздно (как и в предыдущий раз), то проснулась соответственно тоже поздно. Вернее, меня разбудило ощущение чьего-то присутствия в комнате. Кого-то постороннего.

Открыв глаза, я тут же увидела сидящую в кресле фейри. Она была очень красива и явно осознавала это, так как на ее прекрасном лице проступало высокомерное выражение. Так обычно ведут себя те, кто думает про окружающих: «вы ниже моего достоинства».

И она мне не понравилась с первого взгляда.

-У тебя железные нервы, или же ты непроходимая тупость? – спросила фейри, не меняя выражения лица.

-Что? – такое начало разговора несколько меня удивило, так как это она зашла в комнату без разрешения и даже не представилась.

-Ты еще глупее, чем я думала, – фыркнула она в ответ. – Ты спала в моем присутствии целую минуту. За это время я могла сделать все, что угодно, вплоть до убийства. Непроходимая тупость.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ее слова и тон, которым они были сказаны, напомнили мне людей, которые очень любят издеваться над другими и мнить себя богами. Я всегда терпеть не могла таких личностей, она выбешивала меня с первого слова. Именно поэтому я решила, что терпеть такое обращение от той, кто даже не представилась, не буду ни за что.

-Я не знаю, кто вы, но в любом случае не имеете права со мной так разговаривать, – я старалась не повышать голоса и вообще говорить нейтральным тоном. – И, для начала, вам стоило бы представиться, а уж потом предъявлять ко мне претензии, какими бы они ни были.