Плюс еще Бьер, осмотревшись после нашей первой ночевки в пещере, счел, что узнает окрестности горной страны и что мы на самом деле не так далеко, должны «по верху» добраться до нашего старого лагеря еще до темноты.
— А если придется ночевать в снегу? — поморщилась Игнис. — Ни я, ни Влад не умеем греться во сне! И у меня что-то нет доверия к этим эльфийским спальникам…
— Спустимся на уровень леса и буду для вас жечь костер всю ночь, — откликнулся Бьер. — Тут не так высоко, к счастью, чтобы нельзя было спуститься за пару часов. Кроме того, если вы заберетесь с Владом в один спальник, то не будете мерзнуть.
— Тоже вариант, — согласился я. — Если Игнис нормально.
— Да чего там, — дернула она плечом. — Как ты сам сказал, дело житейское.
Но скоро выяснилось, что к экстремальным методам ночевки прибегать все-таки не придется. Когда мы с Элсином позвали птиц те действительно прилетели: две сороки, ястреб, орел и ворон — целая стая! И начали кружиться над нами, потому что других команд не поступало, только ворон слетел Бьеру на плечо — видно, так был настроен «по умолчанию».
Это обрадовало всех нас, кроме Глинки — он с отчаянным писком спрятался мне за пазуху от хищных обидчиков. А у нас с Игнис словно бы прибавилось сил, и мы куда быстрее начали пробивать снег в направлении нашего лагеря и спуска в колодец.
Там все осталось почти так, как мы оставили три или четыре дня назад. Даже снегом не запорошило, потому что немертвые слуги, повинуясь долгосрочным инструкциям, все расчищали. Кстати, слуг этих мы оставили на поверхности всего двоих: решили, что более чем достаточно. А всех остальных взяли с собой в провал. И, по всей видимости, там они теперь и останутся: мы обсудили, не стоит ли спуститься еще раз в колодец, чтобы снять умертвий с поста и забрать оставленные там запасы продовольствия — и единогласно решили, что нафиг. Никому не хотелось ни самому лезть под землю, где поджидает «эльфийская» магия и непредсказуемые обвалы, ни отпускать туда других. Так что мы дружно решили плюнуть на сопутствующие издержки.
— Тем более, у этих немертвых слуг довольно специфическая внешность, продать богачам в качестве слуг по нормальной цене мы бы их не продали, — вздохнул Бьер. — Только в те же каменоломни или на тяжелые работы за символическую сумму.
— Почему за символическу? — немного удивился я. — Разве купить умертвие для… не знаю, чтобы выгребные ямы чистить, не дешевле, чем платить живому работнику? Умертвие-то будет пахать круглосуточно, без выходных.
— Их же нужно перенакачивать раз в неделю, — напомнил Бьер. — Если есть хороший прикормленный некромант, который делает скидки постоянным клиентам, выйдет примерно тож на тож. Умертвий берут только на очень опасные работы, куда люди не хотят идти за те же деньги, что уйдут на некроманта. Но, как ты помнишь, подновлять энергию Смерти лучше у того же мастера, что изначально поднимал умертвий, иначе происходит некоторая потеря эффективности. А мы из Рамсфьела уезжаем. Нет, невыгодно выходит для покупателей, с какой стороны ни посмотри! Так что не такая уж и потеря.
— Как хорошо, когда муж рачительный и в деньгах понимает! — прокомментировала это Игнис. — Повезло мне.
Бьер искоса взглянул на нее.
— Муж?
— А ты как-то по-другому видишь наши отношения? — воздушница сказала это очень буднично, даже без игривости, но мне показалось, что что-то мелькнуло в ее тоне, какая-то неуверенность.
Я даже не сразу понял, почему она вдруг так заговорила, потом только доперло: так-то в Империи принято, чтобы именно мужчина делал предложение. Но Игнис как стихийница сильно выше некроманта Бьера по статусу, даже учитывая, что она вроде как отказалась от работы на Империю, а он — заслуженный преподаватель элитного учебного заведения. А в этих случаях, как и на Земле, первое слово за дамой. Но ей, видно, все-таки было неловко подчеркивать это различие в социальном положении, вот она и нашла выход — вроде бы между делом упомянуть.
— Что ты, ни в коем случае, — немедленно отозвался Элсин.
Сказал бы я, что некромант просиял, но с учетом его темперамента он скорее начал тихо светиться, как неяркая лампочка.
Эх. Снова завидно. Хотя даже не знаю, чему. Вот хомут на шею надевать я точно пока не готов!
И это, кстати, не шовинстическое описание. «Супруги» — это пара волов. Брак — это не только «впрячься за кого-то», но и «впрячься с кем-то», рискнуть своей шкурой, в надежде, что второй человек вывезет. Не знаю, сумею ли я теперь вообще настолько довериться кому-то. Что бы я там ни плел Игнис о переосмыслении собственного опыта как не такого уж травматичного! Даже если взять саму Игнис: да, пожалуй, ей я теперь доверяю. Но видеть ее своей женой все равно не хотел бы. Не тот у нее темперамент, ухватки, манеры… Сложно объяснить. Чувствую, что не подошла бы она мне, даже не полюби она Бьера. Неуютно нам было бы вдвоем. Может быть, это «зелен виноград» с моей стороны, но жизнь не имеет сослагательного наклонения. Проехали.