Элсин снова пошел в атаку, теперь снизу, рассчитывая, что более маленькая противница этого не ожидает. Так и вышло: ему удалось сбить ее с ног, но она не дала подмять себя под его тело и повторить попытку оторвать ей голову, рванулась прочь. Он попытался оторвать или выломать руку — тоже не вышло, хотя пара пальцев в его ладони издала странный скрипучий звук растянутого во времени щелчка. Гостья запрыгнула на кресло, побежала по стене, пытаясь зайти с другого бока — думала, обойдет его за счет скорости? Не сегодня.
Что-то захрустело под ногой — тарелки, столовые приборы. Дора Амундс, похоже, ждала их к столу. Элсин сразу сказал, что ему столовый прибор можно не ставить, достаточно чайной чашки (немертвые пьют — надо же пополнять запасы воды!), но она упрямо накрывала на троих. Живы ли они с мужем?
Впрочем, эта мелькнувшая мысль не помешала ему поставить серию блоков против ударов некромантши, которая решила перейти в наступление. Затем Элсину удалось переломить ход боя и пойти в атаку третий раз.
Они немного потанцевали на близкой дистанции. Теперь уже запястье Элсина оказалось вывихнуто — неприятно, но не критично. Глерви. Точно. Если бы у Элсина было его старое тело, он бы узнал раньше. Но, во-первых, она почему-то добавила себе массы, во-вторых, теперь соотношение ростов между ними поменялось, раньше она была лишь ненамного ниже его, теперь — намного. Даже с его способностями сделать поправку сложно, особенно в относительной спешке боя. Да и мыслить по-настоящему ясно он не мог. Как можно мыслить ясно, когда Игнис…
Игнис — почти наверняка жива! Если это Глерви. Ройга не стала бы убивать случайных свидетелей! Даже если бы узнала Влада и решила любой ценой вывести его из строя, ни за что не сочла бы стихийную магичку и ни в чем не повинных слуг приемлемым «побочным ущербом». Ройга цинична до крайности, но честна, законопослушна (в известных пределах) и не утратила человечности, что бы сама о себе ни думала.
Поняв это, Элсин понял и то, что драку пора прекращать, пока кто-нибудь из них не нанес другому неприемлемых повреждений. Он резко отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. Его противница сделала то же самое — насколько позволяла ширина небольшой гостиной, теперь разнесенной в хлам. Медленно-медленно потянулась к завязкам капюшона.
Элсин вывел себя из ускоренного режима — очень вовремя, а то уровень Смерти в организме начал слегка проседать. Совсем слегка, и все же ускоренный режим нельзя выдерживать долго: пришлось бы прекратить еще минуты через три субъективных (несколько секунд объективных). У Глерви пропускная способность гораздо меньше, она, должно быть, уже выдохлась. И знает, что он это знает.
Женщина дернула завязки, скинула капюшон, опустила тканевую маску, закрывающую рот. Рыжие волосы заблестели на ярком вечернем солнце, заглядывающем в окно. Точно Ройга. Можно самую чуточку отпустить самоконтроль.
— Что ты сделала с моими женой и учеником⁈
Женщина насмешливо изогнула губы, приоткрыла рот, чтобы что-то сказать — и тут же по комнате прокатилась волна огня.
Даже Элсин ощутил приступ паники: огонь для некроманта — самое худшее, главный враг. Однако его не опалило, только воздух рядом с лицом немного потеплел. Влад! Освоил-таки! Удаленный вынос зоны контроля! Какой молодец!
Элсин почувствовал необъяснимый прилив гордости: он не имел никакого отношения к обучению Влада магии Огня, даже Игнис ему помогала постольку-поскольку. Это он все сам.
Вспышка погасла. Глерви стояла напротив, потрясенная, перепуганная — в отличие от Элсина, она ничего не понимала.
Затем опытная следачка приняла то единственное решение, на которое она постоянно натаскивала Элсина в годы его практики у нее под крылом: в любой неясной ситуации — делай ноги!
Некромантша метнулась к окну — и вынуждена была отступить, потому что на ее пути вспыхнула стена огня. Более того, эта стена принялась медленно наступать на магичку.
Ройга сделала правильный вывод: тоже медленно попятилась от огненной преграды и остановилась, когда Огонь остановился тоже. После чего языки пламени немедленно заключили некромантшу в кольцо — и опали. Теперь они поднимались до уровня ее колен, причем горели, не оставляя на ковре в гостиной явно видимых следов.
— Что… что… что… — бормотала Ройга, панически оглядываясь.
Из коридора появился Влад, держа в руках пестрое птичье тельце. Зурро! Как же Элсин умудрился о нем забыть⁈