Ну уж нет, – Дэй выпрямился, потянулся, отчего рваная майка вновь обрисовала поджарое тело, и принялся перевязывать волосы. – Старик хочет посмотреть на твою семью. Кто я такой, чтобы ему мешать? К тому же я, как и обещал, побуду рядом. Ну, чтобы он не натворил чего. Всё-таки грот под маяком – его самое любимое место. Счастье, что он сразу не убил твою сестру с женихом.
В том-то и дело. Я ведь говорила тебе, что это был не жених! – тихо воскликнула Марта, сердито стреляя глазами в сторону Сандры, старающейся приветливо говорить с Венсаном. Он, заинтересованный появлением хозяев, всё пытался узнать у своей невесты, что интересное он пропустил, а та почему-то огрызалась и всё старалась поскорее прекратить разговор.
Да, точно. Значит, Старик сделает всё.
Все возможное?
Всё, Марта, всё! Он сделает всё, чтобы они ответили за это. Ну, и ещё кое-что сотворит, – Дэй криво усмехнулся и посмотрел на отца. – Главное, чтобы не перестарался!
Через пару часов Лино – сама любезность, вежливость и галантность – предложил прогуляться по острову. Не всё же время сидеть за столом, тем более что день только начался! Вся толпа будущих родственников с радостью поддержала его идею. Сандра с Региной ушли переодеваться, Этьен и Венсан вспомнили, что брали на остров квадрокоптер, а «взрослые» так и остались сидеть под деревьями, ведя разговор то ли об архитектуре, то ли о войне. Марта тенью скользила между садом и домом, приводя всё в порядок – посуду в мойку, еду в холодильник, проверить генератор, выключить электрический чайник, вымести мусор…
Она снова улыбалась и изредка поглядывала в сторону Лино, который, откинувшись на спинку стула, с прищуром наблюдал за Анной, Лидой и Анри. По сути, он был почти их ровесником, но выглядел и вёл себя совсем, совсем по-другому! Вспыльчивый и эмоциональный с сыном, рядом с чужими он был холоден, спокоен и расчётлив, будто все они являлись если врагами, то противниками. Марта видела, что его улыбки и приятные слова не настоящие. Вот подзатыльники, отвешенные утром Дэю – те были искренними. А его любезность, оказываемая гостям, являлась ничем иным как ширмой. И ей было крайности удивительно, почему никто, кроме неё, не видит этого. Или всё дело было в том, что ночь Марта успела увидеть настоящего синьора Лино, такого, каким он был исключительно с теми, кому доверял. То есть, он доверял ей? Или он сейчас был настоящим, а ночью нет?
Марта замерла с веником на пороге, задумчиво глядя на светло-бежевую штукатурку стены. Странные вопросы о доверии и лицемерии одновременно и пугали её, и злили. Почему ей так важно, чтобы синьор Лино доверял ей? И почему она сама так безоговорочно верит всему тому, что говорит и делает этот странный мужчина?
Размышления о смысле бытия? – Дэй, сложив руки на груди, застыл на пороге кухни.
Почти, – даже не удивившись его внезапному появлению, Марта помотала головой. Она почесала зудящую кожу, вспомнила, что надо было бы расчесаться ещё по приходу в дом и недовольно сморщила нос. Чучело, оно чучело и есть. Ну и ладно. Откинув назад волосы, Марта снова покосилась на сидящих в саду людей и осторожно спросила: – Твой отец всегда притворяется? И сегодня ночью тоже? Я сейчас это различаю, а тогда…
Когда как. Но ради новой порции лжи пить вино и водить незнакомую, чужую женщину в грот он не стал бы, – Рыжик фыркнул и привалился плечом к дверной коробке. – Тебя устраивает мой ответ?
Не совсем, – она поморщилась и отставила веник. – Кажется, я что-то недопонимаю, а когда пойму – всё встанет на свои места. Я упускаю что-то важное!
Это действительно так важно? Что-то ты перестала улыбаться, – Дэй покачал головой. – Может, снова развеселишься?
Я не против, но сначала придётся спасать твоего отца, – попыталась отшутиться Марта. – Кажется, я слишком сильно переживаю из-за его скуки в компании приличных, правильных бюргеров!
Ну да. Бюргеры, они такие! – на лице Дэя появилась кривоватая, немного грустная ухмылка. – Пойдём, оставь посуду своей сестрице. Сейчас ты увидишь новое представление в цирке одного клоуна – Лоренцо Энио Лино и экскурсия для гостей. Только возьми с собой противорвотное, хорошо?
Луше я возьму бутылку «Кьянти». Итог тот же, а вот удовольствие…
Спортивная обувь была изобретена исключительно для занятий спортом, но с течением времени она прочно вошла в обиход. Удобная для ежедневной носки, пригодная и к городским условиям, и для прогулок на природе, разработанная для всех полов и возрастов, она стала незаменимой частью жизни! Туристические ботинки, конечно, были далеко не у всех, но вот кроссовки прочно вписались почти в каждый гардероб. Дэй, проживший достаточно, чтобы научиться использовать логическое мышление, никак не мог понять – почему у двух далеко не бедных женщин не оказалось при себе кроссовок, из-за чего они были вынуждены топтать землю и травы Марасы неудобными туфлями на монструозной толстой подошве с подъёмом, которому позавидовали бы последователи методов инквизиции. Феличе, тоже носившая подобные «испанские сапожки», руководствовалась одной ей известными соображениями и в причины своего выбора никого не посвящала. Но так ведь она не ходила подобно корове, взрывая копытами дёрн, и не оставляла за собой глубокие следы, смятую траву и уродливые отпечатки. Фели летала, едва касаясь каблучками земли, а не рвала её, безжалостно и грубо.