Оглядев три трупа, лежавших вокруг него, Дэй поправил майку, оставляя на ней пятна и разводы, и повернулся к деревьям бигарадии.
Марта, вылезай, – Дэй попытался вытереть лицо, но лишь вымазался ещё больше. – Я тебя не только вижу, но и слышу! – и он помахал ей окровавленной рукой, глядя точно в том направлении, где за древесным стволом пряталась нечаянная свидетельница. Хорошенько подумав ровно четыре секунды, Марта осторожно поднялась на ноги и, не выпуская блуждающей бутылки, двинулась к зовущему её Дэю. Прикрыв от солнца глаза ладонью, она осторожно ступала по гальке. Колени дрожали, по позвоночнику то и дело проходили волны холода, а в желудке крутило то ли от страха, то ли от голода – готовя для всех, сама Марта так и не поела. Остановившись метрах в трёх от Дэя, она нервно отпила глоток вина, закашлялась, и наконец подняла на него глаза.
И что теперь делать? – тихо и сдавленно спросила Марта, стараясь не смотреть на трупы и багровые лужи, уже начавшие подсыхать под жарким сентябрьским солнцем. Её ждала та же участь? Или Рыжика удовлетворит обещание никому и ничего не рассказывать?
Прибирать игрушки, – Дэй кивнул ей на ближайшее тело. – Справишься?
А-а?!
Смотри, – он наклонился, подхватил труп с ножом за пояс рваных штанов, и потащил в сторону лодки. Ей предстояло сослужить своим хозяевам последнюю службу.
То есть Дэй предлагал ей поучаствовать в устранении улик преступления? И что она должна была делать?! Бежать с громким криком прочь? Падать в обморок, как положено приличной женщине из приличной семьи? Или устроить истерику с воплями и заламыванием рук? Что?! Перед глазами у Марты поплыло, на миг стало страшно и захотелось бежать, но она дала себе мысленную оплеуху, сопровождавшуюся, почему-то, звучащим в голове голосом Лино – «Mia bambina, нельзя же быть трусихой всю свою жизнь».
Вздохнув, Марта поставила бутылку на камни и подошла к телу с переломанной шеей. Потоптавшись возле трупа, она зачем-то взглянула на солнце, зажмурилась и, выругавшись, схватила тело за ногу. Напрягшись, Марта кое-как потащила труп к лодке, чьи ободранные борта уныло смотрелись на фоне залитого солнцем пляжа. Это было тяжело, неудобно, страшно и очень, очень медленно. Всё-таки физические силы у неё были гораздо менее развиты, чем у Рыжика. Стараясь не думать о том, что и зачем она делает, Марта перебирала ногами, двигаясь спиной вперёд. Она просто что-то тащит, да. К примеру, мешок с навозом. Ну, или с ветошью. В общем, мусор! Да, она помогает убирать мусор с пляжа! Радостно закивав самой себе и своей догадке, Марта едва не споткнулась, потеряла равновесие и, закачавшись, всё же завалилась набок, отбив себе не только бедро, но и оба колена.
В порядке? – Дэй, легко удерживая поперёк туловища уже второй труп, склонился над ней, и Марта едва не отшатнулась. Не от него – от пустого, полного застывшего ужаса взгляда мёртвых глаз на лице вора. Из разорванного горла продолжала вытекать кровь, тяжёлыми каплями падая на гальку, и Марту наконец затошнило.
У-убери это! – она отшатнулась, кое-как поднялась на ноги и с ослиным упрямством вцепилась снова в ногу «своего» груза.
Помочь?
Сама, – прорычала она, рывком двигая труп с места. Покачав головой, Дэй исчез из её поля зрения, с шумом закинул тело в лодку и вернулся к ней. Оттеснив вынужденную помощницу, он легко перехватил тело и отправил его к двум предыдущим. Подойдя к лодке вплотную, парень упёрся в нос ладонями и, как показалось Марте, даже не напрягшись, столкнул моторное судёнышко на воду. Прошуршав дном по камням, лодка с шумом легла на воду и закачалась на лёгких волнах, то ли норовя уйти в море, то ли собираясь остаться у берега вечным укором убийце. Дэй обернулся и внимательно посмотрел на Марту. Она стояла в нескольких шагах от него, явно мечтая о том, чтобы оказаться ещё дальше, и странным взглядом следила за его действиями. То ли одобряла, то ли собиралась с воплем убежать куда подальше.
Я сейчас вернусь, – сказал он ей и запрыгнул внутрь лодки. Продев в уключины вёсла и проигнорировав движок, Дэй устроился на скамье и споро погрёб от острова, даже не оборачиваясь. Никаких преград позади него быть не должно было, море было спокойным, так чего волноваться?