— Кажется, целую вечность… — задумчиво произносит Аделина и скрещивает руки за спиной. Мне показалось, что на её лице возникло некое подобие меланхолии или даже печали.
— Я могу вам открыться? — спрашиваю на свой страх и риск, потому что она вполне возможно может оказаться банальной шпионкой, ну а если нет, то я могу заполучить союзника.
— Смотря в чём, мисс. — уклончиво и серьезно произносит женщина, начиная буровить меня пристальным взглядом.
— Я не желала этого брака. И до сих пор не горю желанием оставаться в этом доме. Всё это чудовищное недоразумение.
— Прошу прощения, мисс Янг. Что вы такое говорите? — устало выдаёт Аделина, — Вы, вероятно, находитесь в растерянности из-за перемен в жизни…
— Я не в растерянности. Я в ужасе!
Встаю на ноги и уже плохо контролирую свои эмоции. Хоть бы не натворить чего-то необдуманного. Спокойно Зара! Вдох. Выдох. Ещё один глубокий вздох.
— Меня купили, привезли хозяину в дорогой упаковке. И теперь я должна засунуть свою честь и личность куда подальше, чтобы не мешать мистеру Лейдлоу ощущать себя достойнейшим человеком! Вы думаете, это можно описать таким словом, как растерянность?!
Вопреки моему напору, Аделина оставалась невозмутимой и строгой. Она даже бровью не повела. Стояла, словно статуя и смотрела на меня чуточку с высока, но мне показалось, что эта женщина сдерживала свои истинные чувства.
— В шестнадцать лет мои родители выдали меня замуж за хозяина мельницы. Ему было сорок лет и он славился тягой к жестокости в любовных утехах. За четыре года брака я познала все крайности боли и омерзения, на которые только способен человек. А потом у него случилась беда. Он задолжал много денег одному феодалу и выставил меня на торги. Отец мистера Лейдлоу выкупил меня и устроил работать домработницей в своё поместье. С того дня прошло восемнадцать лет. Мой муж умер в тяжёлых муках, его дом ограбили, а мельница превратилась в пристанище крыс.
Моё сердце замерло. Я никогда не слышала ничего подобного. Можно было подумать, что это выдумки, но в глазах Аделины была такая глубокая тоска, что сомнений быть не могло. Это чистая правда! Мне стало больно дышать…
— Какой бы безнадежной ни казалась ситуация, нельзя отпускать руки! — с болью в голосе продолжила Аделина, — Вы думаете, что оказались в аду, однако вы, мисс, понятия не имеете, что такой настоящий ад! Мистер Лейдлоу никогда не поднимет на вас руку! Он никогда не будет с вами жесток. Он уважает женщин! Он окружит вас и вашу семью заботой. За ним вы будете, как за каменной стеной. Думаете лучше об этом!
Аделина глянула на меня с раздражением и широкими шагами покинула комнату. Мне стало жутко. Я обняла себя руками, чтобы унять дрожь. Страшно даже подумать, что всё услышанное мной является правдой и имело место быть с реальным человеком… Неужели в этом мире всё так сложно?! Неужели никто из нас не властен над собственной жизнью?! Почему нет права выбора? В патриархальном обществе за женщин принято решать всё. Мы не имеем право распоряжаться своей судьбой, сердцем и даже телом. Конечно можно встретить женщину, которая добилась высот и обладает властью. Однако, как правило, свой путь она начинала точно также как я или Аделина. Некоторым повезло встретить достойного человека и выбиться в люди.
Думать об этом я больше не могла. Безвольно рухнула на кровать и закрыла глаза. Сегодня был слишком насыщенный день. Слишком много информации и событий. Я жутко устала. Но, это лишь начало… Я замужем всего одни сутки, но и этого мне хватило, чтобы понять всю катастрофичность происходящего.
Я проснулась почти к обеду. Для меня это большая роскошь. Дома матушка не позволяла дочерям нежится в постели так долго. Поэтому я впервые не встаю так рано и не переживаю насчёт каждодневной работы. Совсем не хочется подниматься и снова погружаться в суровую реальность, от которой меня воротит.
Мне сразу принесли обед: сытный плов, чай и мороженое. Я с удовольствием поглощала фантастически вкусную еду, не задумываясь, что меня странным образом откармливают. Неужели на убой?! Я не сомневаюсь, что у них много средств, чтобы заставить кого-то страдать. Я предпочла не вставать и оставаться в постели. Откинувшись назад, я оперлась на локти и грелась под тёплыми лучами солнышка. На удивление мирным казался этот день, всё шло своим естественным и спокойным путём, без видимой связи с огорчениями и суетой…