— Привет! — весело отозвался Ильяс. Его беззаботность не могла оставить меня равнодушной и я улыбнулась.
— Хорошо выглядишь! — снова произнёс парень, но предпочёл в это время не смотреть на меня.
— Благодарю. — скромно поджала губы и не знала, что ещё говорить. Этот парень вёл себя со мной совершенно иначе, нежели другие Лейдлоу. Казалось, я вообще не интересую его, но в тоже время, не являюсь лишней в этом мире. Через какое-то время Агнара снова отвлекает кто-то из гостей. А Виктория начинает увлечённо болтать с такой же красивой девушкой в изящном платье. Я и Ильяс остаёмся стоять рядом и красноречиво молчим. Он выглядит таким безобидным и милым, что я даже забываю убрать с лица улыбку. Топчется на месте, с абсолютно невинным выражением лица. Спрятал руки в карманы и часто опускал глаза. Внешне Ильяс похож на старшего брата, но характер кажется ближе к Агнару, но только ещё более безобиднее.
— У Агнара, оказывается, большая семья. — абстрактные слова разрушают белую тишину между нами. Ильяс поднимает на меня добрые глаза и улыбается как-то по-детски.
— Да, нас много. Мы как тараканы. — мимика у парня превосходная. Я хихикнула в ответ.
— Вообще я тут не часто бываю. У Агнара мрачновато в поместье. По некоторым коридорами я до сих пор ходить боюсь. — последнюю фразу он почти прошептал, как ребёнок доверивший страшную тайну своим родным. Смешно!
В конечном итоге приём прошёл даже очень весело. Вот только София забрала внучку и вместе со старшим сыном отправилась к себе домой. Я немного расстроилась, потому что мама семейства Лейдлоу мне очень понравилась, а малышка Паула — это настоящий ангелочек. Я уже знала, что буду скучать по ним.
Мы провожали гостей до полуночи. Я даже забыла, что должна чувствовать себя некомфортно в этой атмосфере, но настроение поднималось с каждым мгновением. Ильяс оказался очень смешным и милым молодым человеком. Он забавлял меня весёлыми историями, пока Агнара отвлекали какие-то важные персоны. Складывалось впечатление, что мой муж поручил брату развлекать меня, пока он был занят. В любом случае в обществе Ильяса я вела себя свободно. Он смотрел на меня, как на сестру или друга и это позволяло мне ощущать себя равной ему. Когда стояла глубокая ночь, последние гости покинули замок. Агнар облегчённо выдохнул и посмотрел на меня с благодарностью. Мы стояли напротив друг друга и просто молчали.
— У тебя очень милый брат. С добрым нравом.
— Ты про Аллена?! — задорно улыбнулся Агнар, и я сразу поняла, что он шутит, — Ильяс самый младший из нас, купался во всеобщей любви. Он ещё учится. Кстати в том самом университете, где преподаёт Аллен.
— Ясно. Спасибо за…танец и за то, что поднял мне настроение…- заламывая пальцы проговорила фразу, которую репетировала последний час. Агнар продолжал безобидно наблюдать за мной, в какой-то момент я подумала, что в его глазах мелькнуло нечто похожее на сожаление или ожидание чего-то большего.
Не сказав ни одного слова, Агнар направился к лестнице, а я последовала за ним. Так молча мы поднимаемся по ступенькам и, подходя к спальне, Агнар притормозил и исподлобья глянул на меня. Наверно хотел что-то сказать, но не решался. Заметив эту паузу, я сама открыла дверь и первой вошла в комнату. Агнар на миг замер у входа, а потом вошёл следом за мной. Он прошёл к своему столу, просмотрел какие-то бумаги, а потом сложил их в стопочку и положил на край стола. Я подошла к окну и задернула шторы, успев полюбоваться звездным небом.
— Ты сегодня очень красива…— протянул он, оставаясь на расстоянии. Я повернулась к нему, чтобы посмотреть в светлые, ласковые глаза. Его рука погладила моё плечо, когда он попытался водворить выбившийся локон на место. Это новое для меня, странное ощущение возникло вновь, и по телу побежали мурашки. Я не могла отвести взгляд. Его глаза были не просто яркими, но и насыщенными, и у меня было чувство, словно он читает мои мысли. У меня затряслись руки. Агнар взял мою руку, поднес её к губам, и поцеловал костяшки пальцев. Мою кожу начало покалывать там, где он касался ее.
— Зара… — моё имя прозвучало в его устах благоговейно, как молитва. Агнар приблизил свое лицо к моему лицу и припал к губам. Он поцеловал меня мягко, осторожно — как будто он боялся, что я сломаюсь, если его прикосновения будут чуть более жесткими.