— Агнар… Прости, я не вовремя? — пытаюсь понять по его глазам, насколько разозлила мужа. Он пробегается по мне заинтересованным взглядом и, сглатывая, пропускает в кабинет.
— Что-то случилось? — осипшим голосом произносит Агнар.
— Нет. Я хотела увидеть тебя. Всё это время ты почти не выходишь из кабинета. Мне от этого не по себе.
— Правда? — слегка прищурившись, переспрашивает он.
— Да. Я беспокоилась. Я не слишком буду тревожить твой покой, если немножко посижу здесь? — спрашиваю с максимальной покорностью. Агнар с теплотой посмотрел на меня, а потом приблизился очень-очень близко. И впервые за этот месяц его дыхание, что касалось моей щеки, настолько взволнованно мою душу.
Он нагнулся еще ближе и провел рукой по моим волосам. Заколка где-то потерялась и темные, огненные локоны растрепались. Агнар отвел назад густые пряди, оголяя плечо. Его рука скользнула по щеке, вниз вдоль по шее, пробежала по плечу, коснувшись оборочек платья. Я боялась вздохнуть. Кожу опаляло то жаром, то холодом. Сердце колотилось как бешеное. Было мучительно и в то же время так… так… Волнующе приятно! Он глянул на меня и, наверное удивился тому, как я притихла. Я надеялась, что он не заметит румянец на моих щеках, трепетно вздымающуюся грудь, опущенные дрожащие ресницы. И все же… Когда он смотрел на меня, я не могла противостоять блеску восхищения, вспыхнувшему в его глазах. Я поклялась себе не реагировать на такие взгляды. Прошло несколько долгих минут. Сердце всё ещё колотилось как бешеное, когда его руки обвили мои. Я слышала биение его пульса — оказалось, что наши сердца стучали в одном ритме.
— Трудно согреть сердце, когда оно обморожено болью…- вслух рассуждал Агнар. Я не посмела ничего ответить, но прекрасно понимала, что он говорит обо мне. Только я начала чувствовать тепло, исходящие от него, как Агнар разорвал объятия.
— Я действительно очень занят, но ты можешь остаться. И, спасибо, что беспокоилась! — он устало садится за стол, который завален большим количеством письмами. Я присела на край кресла, стараясь дышать тише, будто даже это могло помешать Агнару.
Проходили бесконечные минуты, но Агнар будто забыл о моём существовании. И я устроилась поудобнее, невольно рассматривая своего мужа. Сейчас он мне ужасно нравился: такой сосредоточенный, усердный, иногда хмурый. Он периодически кусал губы, закатывал глаза, вздыхал. Его правильные черты лица сегодня показались мне красивыми и притягательными. И я сама не заметила, как на моём лице проскользнула слабая улыбка.
Утром, после завтрака одна из новеньких служанок тихонько позвала меня в оранжерею. Я была несколько удивлена, потому что раньше слуги не слишком общались со мной, кроме Аделины, конечно же. Заинтересованно иду следом за девушкой и всё больше переполняюсь недоумением. Прежде чем заговорить со мной, служанка усердно оглядывается и нервничает.
— Госпожа, меня просили вам передать кое-что.
— Что? — сразу возникает подозрение. Девушка дрожащей рукой протягивает мне маленький огрызок бумаги, сложенный так, чтобы не было видно надписей.
— От кого это?
— Госпожа… Я бы не посмела, но он утверждал, что сильно страдает и хочет поговорить с вами.
— Карлас… — срывается с моих дрожащих губ.
Часть 10.
Зара.
Я боролась сама с собой. Карлас — моя первая любовь, мой лучший друг. Агнар — мой супруг и достойный человек. Они оба достойные люди. По сравнению с ними, я чувствовала себя грешницей. Думая об одном из этих мужчин, я неизбежно предавала другого. Но, я должна была поговорить с Карласом. Он заслуживает знать правду. Я не могу оставить всё так.