— Зара… Любовь моя! Прошу тебя, давай убежим! Он не найдет нас! Мы начнем жизнь с чистого листа. Только ты и я! Слышишь?! — горячо шептал Карлас и я заплакала, потому что моё сознание разделилось на за и против. Что я чувствовала? Я не знаю, что ответить. Мне казалось, что в моём сердце остались только отголоски прежней любви, а теперь там остались только угли. И всё же я отвергаю зов сердца. Сейчас я не могу рисковать. Я немедленно возвращаюсь домой.
— Карлас, я не могу. Прощай!
Агнар.
Возвращаться домой было катастрофически трудно. Я едва сдерживал рвущийся наружу ураган. Вот уже три дня назад мне доложили о тайной встрече моей жены и какого-то молодого парня. Первой мыслью было раскрыть все карты и потребовать от Зары объяснений, а потом разобраться с тем наглецом. Но, я вовремя остановился. Подумал. И принял, как мне казалось, единственное верное решение. Я держался от Зары подальше. Старался реже смотреть на неё, редко прикасаться и часто уезжать из поместья. Она явно замечала перемены. Часто замечал её долгий внимательный взгляд, обращённый в мою сторону. В один из вечеров, когда я сидел в гостиной у камина, почувствовал лёгкие шаги позади себя. Нарочно даже не обернулся. В сердце и без того расползлось чёрное пятно.
Темная тишина ночи — добрая тишина. Она точно прячет, защищает человека, касается его тысячами неосязаемых прикосновений. Но яркое белое безмолвие, прозрачное и холодное, под тяжестью свинцового неба, — оно безжалостно. Я видел много бурь в своей жизни. Чаще всего они застигали меня врасплох, и это научило меня — и довольно быстро — всегда смотреть вдаль, заставило усвоить, что я не способен управлять погодой, что надо быть терпеливым и считаться с яростью природы. Не все подчиняется моим желаниям, а потому лучше побыстрее привыкнуть к этому.
Любовь приносит только боль. Она как наркотик. Сначала тебе очень хорошо, но потом начинается ломка, и ты просто умираешь. Такой бывает любовь. Твоё сердце становится похожим на перегруженную спасательную шлюпку. Чтобы не утонуть, ты выбрасываешь за борт свою гордость и самоуважение, свою независимость. А спустя какое-то время ты начинаешь выбрасывать людей — своих друзей и всех прочих, кого знал годами. Но и это не спасает. Шлюпка погружается всё глубже, и ты знаешь, что скоро она утонет и ты вместе с ней.
Я сидел напротив камина, свесив голову вниз, словно ожидал палача. И он пришел… Мой личный палач. Мой ад и моё спасение. Зара осторожно присаживается рядом. Краем глаза замечаю, что её рука тянется ко мне. Сначала очень нерешительно. Несколько раз Зара отдергивает свою ладонь и мне кажется, что время начинает притормаживать свой ход. В итоге Зара прикладывает свою ладонь к моему плечу, проводит по спине и подсаживается ближе. В голове полный бардак. Зачем она это делает? Вскоре к этой пытке присоединяется и вторая рука девушки. Зара начинает массировать мои плечи и судорожно вздыхать, словно всё это даётся ей с большим трудом. Её распущенные волосы каскадом ниспадают к лифу платья и я надолго залипаю глазами на этом зрелище.
— Агнар, у тебя всё в порядке? — тихонько спрашивает она, слегка наклоняясь к уху.
Я знаю, что она понятия не имеет, как это действует на меня. Она слишком наивна. Но, что делать мне? Лучше бы ей сейчас уйти. Первой мыслью было опрокинуть её руки и уйти прочь. Но, я не смог. За эти дни пока держался от неё подальше успел до смерти истосковаться. Я не могу без неё… Но слова о любви бессмысленны. Я мог кричать ей, что люблю, тысячу раз в день, и все равно она бы сомневалась и не верила. Вот я и не говорил о своей любви, я ею жил. Мне не стоило этого делать. Но, я не мог терпеть. Схватил её тонкие запястья и развернулся, чтобы посмотреть в глаза. Зара, как зачарованная глядела на меня и дышала часто-часто, чуть разомкнув алые губы. Если я не прикоснулась к ней, то меня разорвёт на мелкие кусочки…
Стремительно приближаюсь к ней и губами ловлю удивлённый вздох. Ее женский запах ударил в голову, отчего я чуть не сошел с ума от желания. Зато почувствовал, как она напряглась, а затем постепенно расслабилась. Мои руки заскользили по её телу, знакомясь с каждым соблазнительным изгибом: округлостью плеч, восхитительной полнотой грудей, сладкой извилиной талии. Её губы слаще всего на свете. Неожиданно для меня, и наверняка для самой Зары, поцелуй стал настойчивым. Я упивался ею.