Вспомнив о произошедшем, я была рада, когда меня оставили наедине с собой. Следующие несколько дней пробежали, как одно мгновение. Я почти не вылезала из постели. Три раза в день мне приносили ароматную еду, но я не притрагивалась к ней, пила только воду и часто мылась в ванной. Меня осматривали лекари и каждый раз твердили, что не видят никаких физических повреждений. Но, мне было всё равно…
Вечером третьего дня в мою комнату тихонько вошёл Агнар. Я как раз сидела на мягком подоконнике и, заметив его, спрыгнула на пол и попятилась к стене. Несмотря на поступки, страха я не испытывала. Это был рефлекс. Сигнал об опасности. Защитная реакция. Что ещё он может мне сделать? Самое страшное я, наверное, уже пережила. Агнар тогда остановился напротив и кинул взгляд на нетронутый ужин, а потом в течение нескольких минут мы смотрели друг на друга. Он смотрел на меня взглядом, полным боли. Это был взгляд раненой собаки. Боль, отчаяние, необыкновенная нежность — все смешалось в этом взгляде. Так мужчина смотрит на ту, которая никогда не будет ему принадлежать!
Я не понимала, чего он ждал и зачем вообще пришёл. Агнар молчал и часто сглатывал. Потом отвернулся и, зажмурилась, протяжно вздохнул. Я тоже молчала и боялась лишний раз пошевелиться, но старалась пристально смотреть на него. Вдруг он сделал плавный шаг назад, перевёл взгляд на окно и подошёл к нему. Мои глаза следили за каждым его движением. Агнар отодвинул шторы и взобрался на подоконник точно также, как до его прихода сидела я. Потом обратил пристальное внимание на меня. Я застыла на месте, вопросы мучали меня, но озвучить их было страшно.
— Я отпустил его…
Услышанное заставило меня вздрогнуть и ошарашенно уставиться на мужа. Он говорил бархатным голосом и заглядывал в мои глаза. Что я чувствовала? Мне было жаль нас обоих.
— Можешь не бояться, его не казнят.
— Благодарю. — выдавила из себя и мысленно упала на колени, рыдая от облегчения. И я даже не понимала, чему радуюсь больше: спасению Карласа или тому, что Агнар всё-таки не стал убийцей?! Оба эти факты несказанно обрадовали меня и вернули к жизни!
— Агнар, я хотела сказать…— пыталась начать разговор, но он отрицательно покачал головой и устало посмотрел на меня, как на падающую звезду. Мне было неспокойно, но… как-то неловко и… Боже, мне действительно всё больше нравилось происходящее вокруг. По крайней мере, пока Агнар не озвучил просьбу.
— Ничего не надо. Просто, подойди ко мне… Пожалуйста…— совершенно умоляющим голосом произносит мой муж и, затая дыхание, смотрит на меня. Я пугаюсь и начинаю неровно дышать. Мне не хочется оказываться рядом с ним. Пусть в моём сердце не было такого леденящего страха и ужаса, но некий дискомфорт и смущение явно присутствовали. А ещё я по-прежнему злилась за ту боль, которую мне довелось перенести.
— Зара… Я даже не сдвинусь с места… Прошу тебя, хотя бы на шаг подойти по мне.
Я набрала больше воздуха и, мимолётно кивнув, стала приближаться к нему. Медленно, оценивая все последствия и мысленно прокладывая себе путь к отступлению, я подошла к Агнару и застыла напротив него. Он посмотрел на меня так, будто не до конца узнавал. Сжал губы так сильно, что мне показалось, он прокусил их. Мы смотрели друг на друга во все глаза и я не могла понять, что происходило между нами в эти мгновения. Сумасшедшие притяжение. Агнар впивался встревоженным взглядом в мои глаза, щёки, губы, плечи…но, больше никуда не смотрел. Я видела, насколько он напряжён.
— Я хочу, чтобы ты знала… Я очень сильно люблю тебя! — от его голоса стало не по себе. Он будто прощался… — Прости за то, что всё так… Прости, что не могу пересилить себя и отпустить.
Агнар резко оборвал себя и опустил глаза в пол. Если честно, мне было жутко жаль его. Несмотря на всё произошедшее, я не испытывала ничего похожего на гнев или ненависть. Наоборот я ловила себя на мысли, что пытаюсь оправдать его. Возможно по этой причине, была так рада, что он освободил Карласа.