Вопреки моим ожиданиям, Виктория кривится и медленно, словно доказывая что она тоже здесь важна, выходит из комнаты, а потом я слышу как громко хлопает входная дверь. Боже, мне не верится, что она просто взяла и ушла! Такого быть не могло…
— Госпожа, всё хорошо? — подаёт голос Аделина.
— Да… — выдыхаю единственное слово, которое пришло мне в голову.
Агнар.
Не знаю, сколько именно прошло времени, но потихоньку открыв глаза, я увидел солнечный свет. Это значит, что уже утро. Голова просто раскалывалась от боли. У меня не оказалось сил, даже для того, чтобы просто подняться. Каждый вздох отдавался тяжёлой болью во всём теле. Дьявол, как же гнусно! Смотрю на вторую половину кровати и болезненный вздох вырывается сам собой. Её нет. Зары нет. Она была и теперь её нет. Где она? Мысли не успевают упорядочиться. Ну, конечно, она просто пожалела меня, а потом уехала домой. Как я мог надеяться, что после всего того, что я натворил, она захочет находится рядом?!
С огромным трудом приподнимаясь, сажусь на край постели и долго смотрю на то, как солнечный свет заливает комнату. Красиво, но так погано на душе. День изумительный, то ли чаю выпить, то ли застрелиться к чертям! Эта боль сильнее меня. Господи, прости меня и помилуй за то, что я натворил. У меня нет надежды ни на кого, кроме как на тебя. Вероятно, это моё наказание, моё проклятие, моя тюрьма, безысходность, мрак, смерть, опустошение, боль…Но, я так привык к ней. Всё это практически въелось в мою душу. Не могу без неё! Если бы мог хоть что-то исправить… Я уже дошёл до той грани, когда примешь любую помощь, любое средство, всё что угодно лишь бы… Нет, я не имею права больше принуждать Зару. Это её выбор. Если она попросит, я дам ей развод… Чего бы мне это не стоило! Иногда единственный способ защитить любимого человека — это отступить в сторону. Аделина вошла в комнату и что-то поставила на стол. Мне было так плохо, что я даже не обратил на неё внимание. Хочу, чтобы все оставили меня в покое! Хочу, остаться наедине с собой! Пусть весь мир обрушится! Пусть упадут вековые горы! Мне уже всё равно… Мне ничем не помочь…
— Агнар! Давай ты хоть немного поешь!
Не может быть… Голос звучит, словно в моём подсознании. Я почти сомневаюсь, что действительно услышал это. И тут, будто в доказательство своего существования, передо мной появляется Зара. Она осторожно присаживается рядом со мной и медленно кладёт свою маленькую ладошку мне на плечо. Её ласковый взгляд жалит, как укус пчелы. Я просто падаю, уткнувшись лицом в её худенькие колени, спрятанные под атласной тканью платья. Чувствую, как Зара вздрогнула, а потом замерла. Потом её нежная ладонь начинает скользить по моей спине, почти невесомо поглаживая. Я не могу надышаться её запахом…
— Агнар, тебе надо принять лекарства и поесть…— тихонько уговаривает она.
— Нет, нет, нет…— а я боюсь, что если отпущу её, она тут же исчезнет, — Прости меня, пожалуйста… Прости! Прости… Не бросай меня!
— Всё хорошо. Агнар, я же здесь… Ты должен выздороветь, а для этого нужно выпить лекарства и поесть. — словно неразумному ребёнку растолковывает Зара, — Давай, а я побуду здесь. С тобой.
Пришлось согласиться, хотя кусок в горло не лез. Зара действительно никуда не ушла. Молча приблизилась к окну и встала спиной ко мне. С неё можно писать картины. Настолько она была хороша сейчас в таком задумчивом образе!
Зара.
Дни постепенно сменяли друг друга. Утро плавно перетекало в день, а потом вечер и ночь. Я очень уставала, но пыталась хорошо вести дела поместья. Агнар был всё ещё слаб и почти сутками спал. Иногда мне приходилось долго будить его для приёма лекарств и пиши. Периодически у него поднималась довольно высокая температура и в такие моменты я очень переживала. Сразу приходил лекарь и готовил всё новые и новые отвары. Три сумасшедших дня оказались позади.