Стук колес успокаивал и убаюкивал. Ада не заметила, как уснула. Но выспаться не удалось. Утром пассажиры суетились, собирали и сдавали постельное белье, бегали по вагону с горячим чаем. Вскоре поезд остановился на платформе и Ада покинула душный вагон. Вот она, Москва.
Площадь трех вокзалов Москвы была огромной и впечатляющей. Величественные здания вокзалов, возвышающиеся перед глазами Ады, создавали ощущение непреходящей силы и значимости этого места.
Перекресток людских потоков, где встречались путешественники со всех концов страны, создавал удивительно разнообразную картину. Шум и гам, который постепенно проникал в уши Ады, заставлял ее задуматься о масштабной жизни, происходящей вокруг.
Строгие столбы и арки, украшающие фасады вокзалов, придавали этому месту особую торжественность. Стеклянные окна, пропускающие мягкий свет солнца, играли с отражениями посетителей и создавали неповторимую атмосферу загадочности.
На площади трех вокзалов неумолимо гремели шаги пассажиров, суетливые движения работников, который готовили вагоны для новых поездов. Ароматы свежей выпечки и кофе маняще разносились по воздуху, будоража настроение и приглашая в путешествие.
Нескончаемый поток транспортных средств, смешанный со звуками гудков, характеризовал ритм жизни Москвы. Все вокруг сияло многообразием цветов и огней, как будто земля проснулась и раскрыла свою душу перед Адой.
Окруженная большим количеством суетливых и поспешных людей, Ада чувствовала, что она только капля в океане этой громады. Тем не менее, она смогла почувствовать дыхание этого огромного города, его энергию и бесконечные возможности. Москва приветствовала Аду шумом и светом своих вокзалов, будоража ее фантазию и подаривая новые впечатления, которые никогда не забудутся.
Глава 2
Звонок мобильного телефона не заставил себя долго ждать.
— Аллё, ты где? — спросил женский голос.
— Напротив вагона, — ответила Ада.
— Подними руку, а то не видим, — приказала женщина тоном, не терпящим возражений.
— Подняла.
— Видим, стой на месте.
Интонация, с которой говорила женщина, была какой-то строгой, будто мать отчитывала маленького ребенка.
Тетя Лена, какая-то родственница по маминой линии, была типичной женщиной, которая, переехав в город перевезла в себе «деревню». Аляпистое яркое платье смотрелось на грузной фигуре мешковато, обтягивая крутые бедра и пузырясь на животе. Светлые волосы были неаккуратно собраны на затылке в пучок. Все пальцы были унизаны крупными витиеватыми кольцами, которые совершенно не подходили к образу. На шее Елены как удавка впивалось жемчужное ожерелье.
— Здравствуйте, — Ада первой поздоровалась, желая произвести приятное впечатление, понимая, что с родственниками придется какое-то время контактировать.
— Как добралась? — тетя Лена размашистым жестом обняла девушку, оставляя неприятный родственный чмок в щеку. — Ты смотри аккуратнее, здесь столько мошенников и хапуг. Кстати, знакомься, мой муж, — она горделиво кивнула на супруга.
— Алексей, рад встрече, — мужчина улыбнулся. Низенький, пузатый. Он походил на типичного мужичка, работающего в офисе.
— Леша, ну что ты стоишь? Возьми сумку, — возмутилась Елена, толкая мужа в плечо.
Тот вздрогнул и поспешно выхватил ручку чемодана на колесиках, который казался слишком легким. Да, вещей у Ады было мало. Она надеялась, что все пойдет как надо и ей удастся заработать быстро. В конце концов, ее брали на продюсирование, обещали одеть-обуть.
— Так как добралась? — сновала спросила тетя Лена.
— Нормально, — Ада вымученно улыбнулась.
— Как там тетя Фая? Аринка-то замуж вышла? А ты чего тянешь? В твои-то годы надо не затягивать с этим. Часики-то тикают, — причитала женщина, ведя ее по перрону.
Ада с трудом сдержалась от закатывания глаз и тяжелого вздоха. Как всегда, в среде ее знакомых — если не вышла замуж и не родила ребенка, значит не состоялась, как женщина.