Раньше я никогда не видел дракониц плачущими. Рядом со своими драконами они всегда выглядели спокойными или радостными. Если ситуация накалялась или им становилось страшно, они приближались к своему дракону или касались его.
Но что делать Мире, которая рыдает рядом со своим драконом? Которая так сильно боится своего дракона, да еще и ощущает себя перед ним виноватой. Если бы тогда я сказал правду, она бы не плакала рядом со мной… Нет, не думай об этом. Если бы ты сказал ей правду, ее бы здесь возможно вообще не было. Ох уж это «возможно».
Да, я никогда не видел плачущих дракониц, но в детстве часто плакал Шан. Когда его задирали братья, он прятался в моей комнате. Он единственный из братьев никогда не боялся меня. Наверное, думал, что такой большой дракон не заметит в своем гнезде крошечного драконенка.
По началу я и правда делал вид, что не замечаю его. Как мужчине, на которого устремлено множество взглядов, мне казалось, что ему хочется побыть в уединении и безопасности в такое время. Лишь позже я понял, что он искал у меня утешения, которого не мог найти у матери и боялся искать у отца. Ведь каждый из нас боялся показать перед ним свою слабость.
- Позволь я кое-что покажу, - беру руку Миры, когда она немного успокаивается.
- Покажешь? – робко прижимается ко мне, словно я ей свою пасть показывать собрался.
Делаю вид, что беру острый предмет с тумбочки, но на деле выпускаю один коготь. Поворачиваюсь и осторожно прокалываю ее кожу. Девушка тут же сжимается в комок.
- Не бойся, смотри, - прошу ее открыть глаза.
- Что? Зачем ты уколол меня? – растеряно смотрит на кровь на своем маленьком пальце.
- Вы, драконы, часто забываете о том, что большую часть времени проводите в таком же уязвимом теле, как и мы. И твой принц не исключение, - произношу негромко, краем глаза глядя на собственную руку.
Меня действительно гораздо проще убить в этом теле. Оно действительно слабое и хрупкое по сравнению с моей второй ипостасью, но… как я докатился до того, что убеждаю свою драконицу в том, что меня легко убить..?
- В… уязвимом теле? – переводит на меня огромные глаза.
- Да, может в форме дракона он и сильнее, но ее не везде можно использовать. Например, в многоуровневом здании, вроде того, в котором мы сейчас находимся, он явно в более уязвимой позиции, - стараюсь успокоить ее и, похоже, страх все же отступает.
- В той статье, что я нашла, была одна странная фраза, - внезапно вновь вспоминает о своем телефоне.
- Какая же? – стараюсь спросить спокойно.
- Что принц получил право на брак, ты знаешь, что это значит? – смотрит на меня вопросительно.
- Не знаю, - отвожу взгляд. Ни люди, ни ты не должны об этом знать.
Глава 114.
Как оказалось, во время овуляции драконицы не только становятся покладистыми и ходят за драконом хвостом, но и становятся весьма рассеянными, забывая собственные вопросы через пару секунд, а еще сами прыгают в руки без всяких усилий.
В этот вечер мне удалось еще раз попытаться оплодотворить ее, и моя попытка вновь успехом не увенчалась. Я оставил Рамона следить за Мирой, а Муна пристроил в комнате этажом выше следить за пролетающими мимо драконами. Сам же снова отправился домой, чтобы вновь сообщить всем о том, что еще не являюсь Хозяином небес.
К тому же, дома я пересекаюсь с братьями, которые поглядывают на меня так, словно могли бы справиться лучше. Посмотрим, как бы вы справились со свернутыми шеями.
Однако, через пару дней, ситуация изменилась. Еще с улицы я ощутил, что запах усилился и изменился, но не в сторону терпкости, как при беременности, а в сторону спелости. Дурманил так сильно, что меня натурально трясло.
Мира сидела на окне, высунув ноги, и я едва сдержался от того, чтобы расправить крылья и подлететь к ней. В первую очередь я думал о Муне, который целый день находился рядом, но опасности не ощущал. Он прекрасно знает, что с ним будет, если он воспользуется ситуацией.
Когда я вошел, драконица вилась вокруг меня, словно кошка вокруг сметаны. Стоило мне снять рубашку, как она действительно прыгнула на меня. Это был не воображаемый, не додуманный, не почувствованный, а реальный прыжок. Только в ту ночь я понял, о чем говорил мне Рамон.
На следующее утро я проснулся в смятении. Запах Миры исчез вовсе, словно ее здесь никогда и не было. Мне даже пришлось проверить ее физическое наличие рядом, чтобы убедиться. Наше гнездо заполнил мой запах. Терпкий, жгучий, пряный. Я вдыхал его, и по моим щекам стекали горячие слезы. Мои молитвы были услышаны. Я действительно родился удачливым.
Теперь я Хозяин небес, а Миранда – моя жена. Я справился с поставленной задачей и теперь могу немного отдохнуть. Осталось только понять, как ей об этом всем рассказать? О том, что я обманул ее, выдал себя за другого, оплодотворил ее без согласия… что ей, вероятно, придется поехать со мной в красный замок, наполненный большими и страшными драконами. Что она жена того, кого так боялась и избегала.