— Привет-привет! — протараторила она, демонстрируя мне ключи. Ну точно, я же сама их дала девчонкам. На всякий пожарный. — А ты быстро ее отпустил! Быстро, сказала!
Подруга применяла всегда действующий метод. Если хочешь отвязаться от мужчины, притворись прожженной хабалкой. Только вот этот метод не работал на Давида Романовича. Он лишь скалился в улыбке, стискивая меня.
— А если не отпущу?
— Я тебя заставлю! — выдала она, сама обалдев от такой храбрости. — Полицию вызову, — добавила авторитетно. — Участковый тут в двух домах, примчится за минуту.
— Ну да, — согласился Немиров, прерываемый звонким собачьим лаем.
Я переживала за Серканчика, еще минута — и его порвет от злости, бессилия и страха.
— Я набираю! — Лера держала телефон на вытянутой руке, демонстрируя единый номер спасения. — Уже! Хотите провести пятнадцать суток за решеткой?
— Почему именно пятнадцать? — поинтересовался Немиров, игнорируя моего защитника, повисшего на штанине.
— Потому, — заявила Лерка и приложила телефон к уху. — Тут какой-то мужик пробрался в мою квартиру. Я его не знаю. Он угрожает. Почти голый.
— Прости, Р-р-рада, но сегодня у нас не получится продолжить, — хозяин Ночи отпустил меня и отступил на пару шагов.
Глава 7. Давид
— О боги! Дейви, ты законченный идиот, — смеялась Диана.
— Прекрати ржать, я вижу твои гланды.
— Ты не знаешь, что такое гланды, — фыркнула сестра, забирая у меня полупустую тарелку, не забывая издевательски цыкать. — Мне стыдно за тебя, Доди. Цы, цы, цы. Ты вел себя как идиот. Цы, цы, цы.
— Не называй меня так.
— А то что? Заплачешь как в детстве и убежишь?
— Тогда я был килограммов на пятнадцать легче тебя, а сейчас фортуна не на твоей стороне.
— Серьезно? — спросила она, повернувшись на меня.
— Как же ты сейчас похожа на нашу мать, — я невольно отметил.
— В этом и был мой план, — хмыкнула она, сгружая тарелки в раковину. — А если серьезно, — Диана достала две кружки, — что ты будешь делать дальше, перепробовав, — она замолчала, подняла голову, задумавшись, — привычные методы знакомства с женщинами?
— Не знаю, я пока восстанавливаю израненное самолюбие.
— А ты действительно думал, что женщина, не девочка, едва переступившая порог совершеннолетия, а именно женщина после развода клюнет на вот все эти дешевые разговоры?
— Не такие они уж и дешевые, — огрызнулся я. — Ты чая-то налей.
— Серьезно?! — в этот раз Диана воскликнула. — Вон чайник, вот кружка, там сахар. Вперед, — она взмахнула руками, вернулась за стол и уставилась на меня своим фирменным взглядом, который вынести могли единицы. И я в эти единицы не входил.
— Ладно, — согласился я, поднимаясь и подходя к плите.
— Ладно, — передразнил меня. — Ты стал… под стать современникам. Простой, я бы сказала, банальный. Я богатый и красивый, любите меня все. Это отталкивает нормальных, — пояснила она.
— Раньше это работало, — ответил я, отрывая уголок от упаковки чайного пакетика.
— Я даже не хочу это комментировать. Ты давно стал похож на сутенера. Ну что ты на меня так смотришь? Посмотри на себя в зеркало. Думаешь, нормальная адекватная девушка захочет с тобой познакомиться, не говоря уже о чем-то другом?
— От чего-то другого, как ты говоришь, Рада бы не отказалась. Она реагирует на меня. Подсознательно чувствует во мне пару.
— Это всего лишь инстинкты, — Диана жестом поторопила меня. — Или?.. Только не говори, что ты пользовался Правом волка?
— Нет.
Видимо, она уловила что-то в голосе, раз решила переспросить с нажимом:
— Давид, ты же не пользовался Правом волка? Ты не совершил эту ошибку? — я не видел ее, но прекрасно знал, какое у сестры сейчас выражение лица. Губы поджаты, крылья носа трепещут.
— Нет. Правом волка я не пользовался, — сказал я, ставя кружку с чаем на стол. — Я лишь немного воспользовался волчьим обаянием.
— И после этого ты считаешь себя умным?
Я сел напротив сестры.
— Да, я потерял хватку.
— Нет. Ты привык к дешевкам, — ответила она, горделиво поправляя волосы. — Поверь, пачки женщин за плечами не добавят плюсов в твою копилку перед парой. И твои подружки сделали тебя таким же дешевым, как и они сами.
— А ты могла бы помолчать? — процедил я просьбу.
— Почему, тебе не нравится правда? Большой и сильный волк промахнулся? Так бывает. Тебе пора вспомнить, кто ты есть на самом деле.
— Знаешь, — огрызнулся я. — В стаю я приехал лишь за тем, чтобы прогуляться. Дать волю зверю. А не слушать твои нотации.
— Да ну. А зачем тогда пришел ко мне? М?